Пелагея — Любо, братцы, любо

Другие цитаты по теме

Если сердце просит увлеченья,

Надо поскорее волю дать,

Без любви не жизнь — одно мученье,

Без любви нам суждено страдать.

— В тебя попало четыре пули. Одна летела прямо, одна рикошетом и две навылет.

— Навылет через Джона... Его лицо последнее, что я помню. Я видел, как он умер...

— Вы боитесь пуль?

— Боюсь! Но не за себя боюсь, а за свой народ. Ведь, когда пуля попадает в цель, она пронзает не только сердце солдата, она пронзает сердца его близких.

И вечный бой.

Покой нам только снится.

И пусть ничто

не потревожит сны.

Седая ночь,

и дремлющие птицы

качаются от синей тишины.

И вечный бой.

Атаки на рассвете.

И пули,

разучившиеся петь,

кричали нам,

что есть еще Бессмертье...

... А мы хотели просто уцелеть.

Страдание — это путь истины.

Рагнара всегда любили больше меня. Мой отец. И моя мать. А после и Лагерта. Почему было мне не захотеть предать его? Почему было мне не захотеть крикнуть ему: «Посмотри, я тоже живой!» Быть живым — ничто. Неважно, что я делаю. Рагнар — мой отец, и моя мать, он Лагерта, он Сигги. Он — всё, что я не могу сделать, всё, чем я не могу стать. Я люблю его. Он мой брат. Он вернул мне меня. Но я так зол! Почему я так зол?

Каково это — быть отверженным? Быть наказанным не за преступление, а за потенциальную возможность его совершить?

Пусть страшен путь мой, пусть опасен,

Ещё страшнее путь тоски...

— Я всегда любил свою дочку. Дал ей все, что мог.

— Кроме внимания.

Я охотно повторяла парадоксы, вроде фразы Оскара Уайльда: «Грех — это единственный яркий мазок, сохранившийся на полотне современной жизни». Я уверовала в эти слова, думаю, куда более безоговорочно, чем если бы применяла их на практике. Я считала, что моя жизнь должна строиться на этом девизе, вдохновляться им, рождаться из него как некий штамп наизнанку. Я не хотела принимать в расчет пустоты существования, его переменчивость, повседневные добрые чувства. В идеале я рисовала себе жизнь как сплошную цепь низостей и подлостей.