А первая пуля, а первая пуля,
А первая пуля ранила коня.
А вторая пуля, а вторая пуля,
А вторая пуля в сердце ранила меня.
А первая пуля, а первая пуля,
А первая пуля ранила коня.
А вторая пуля, а вторая пуля,
А вторая пуля в сердце ранила меня.
Если сердце просит увлеченья,
Надо поскорее волю дать,
Без любви не жизнь — одно мученье,
Без любви нам суждено страдать.
— В тебя попало четыре пули. Одна летела прямо, одна рикошетом и две навылет.
— Навылет через Джона... Его лицо последнее, что я помню. Я видел, как он умер...
— Вы боитесь пуль?
— Боюсь! Но не за себя боюсь, а за свой народ. Ведь, когда пуля попадает в цель, она пронзает не только сердце солдата, она пронзает сердца его близких.
И вечный бой.
Покой нам только снится.
И пусть ничто
не потревожит сны.
Седая ночь,
и дремлющие птицы
качаются от синей тишины.
И вечный бой.
Атаки на рассвете.
И пули,
разучившиеся петь,
кричали нам,
что есть еще Бессмертье...
... А мы хотели просто уцелеть.
Мне строчки эти Осипа по духу так близки,
Души Еврейской россыпи, боль грусти и тоски.