— Мне не хватает теплоты, —
Она сказала дочке.
Дочь удивилась: — Мёрзнешь ты
И в летние денёчки?
— Ты не поймёшь, ещё мала, —
Вздохнула мать устало, —
А дочь кричит: — Я поняла! —
И тащит одеяло.
— Мне не хватает теплоты, —
Она сказала дочке.
Дочь удивилась: — Мёрзнешь ты
И в летние денёчки?
— Ты не поймёшь, ещё мала, —
Вздохнула мать устало, —
А дочь кричит: — Я поняла! —
И тащит одеяло.
Льдом одиночества окованное сердце,
Где взять тебе тепла, чтоб дать мне хоть чуть-чуть?
Нам горько оттого, что вместе не согреться,
И страх вползает в грудь.
Ступай своим путем, мы можем лишь на память
Друг другу подарить осколки наших льдов
И молча посмотреть, как льдинки будут таять
От жара мрачного смятенных наших лбов.
Льдом одиночества окованное сердце,
Где взять тебе тепла, чтоб дать мне хоть чуть-чуть?
Нам горько оттого, что вместе не согреться,
И страх вползает в грудь.
Ступай своим путем, мы можем лишь на память
Друг другу подарить осколки наших льдов
И молча посмотреть, как льдинки будут таять
От жара мрачного смятенных наших лбов.
Женщина — просто одинокая душа, как он сам. Двое одиноких людей не смогут заполнить пустоту друг для друга. Такие отношения обречены на разочарование. На самом деле ему нужна семья.
— Ну почему люди ненавидят проводить Рождество в одиночестве?
— Потому что это значит, что их никто не любит.
Why don't we end this lie,
I can't pretend this time
I need a friend to find, my broken mind,
Before it falls to pieces...
«Мы можем спасти лишь самих себя» — сильное утверждение, но, в действительности, никто не может жить совсем один.
В детстве, если я чувствовал себя маленьким и одиноким, я смотрел на звёзды. Гадал, есть ли где-то там жизнь. Оказывается, я смотрел не туда.
Я валяюсь в горячей ванной,
Я смотрю в потолок стеклянно,
Чувство юмора отказало
Я себе надоел.
Стало тошно,
все — серость, слякоть,
Ничего не хочу, разучился
Разговаривать, думать, плакать.
Без обоих никак.