Казьёль.
Если чувства Бога оскорбить невозможно, то о каких чувствах верующих можно говорить?
Казьёль.
Если чувства Бога оскорбить невозможно, то о каких чувствах верующих можно говорить?
— Яна, что случилось? Тебя кто-то обидел?
— Сволочь одна!
— Распространённое имя, а конкретнее?
— Козёл!
— Ну, это уже поконкретнее...
— Это моя война, эльдар, — сказал он хрипло. — Нельзя эльфийскому королю рисковать собой ради эдайн.
— Может быть, эльфийский король сам решит, что ему делать? — ледяным голосом спросил Финрод.
Берен понял, что сдерзил, но назад осаживать уже не собирался. Уж лучше оскорбить короля, чем послужить причиной его гибели.
Эпохи сменяют эпохи, но всегда найдутся желающие убить Мейерхольда и Домбровского или «отребьем от литературы» назвать Зощенко. «Все познается в сравнении», но «сравнивать Гитлера и Сталина нельзя».
Я назвал охранников нацистскими ***сосами, и, чтобы попасть в Белый Дом, мне пришлось дать обещание, что я никого больше не назову нацистским ***сосом.
Так это и была моя жизнь? Что поражает в первую очередь, так это то, сколько времени я потратил впустую. Я боялся, меня всегда пугала неизвестность… Сколько благих порывов сдерживал этот страх.