Вокруг того, что мы обозначаем понятием «культура», сосредоточены тончайшие субстанции, без которых невозможно само существование человека.
Все разговоры, чтобы влезть в Конституцию, изменять её — это от дьявола.
Вокруг того, что мы обозначаем понятием «культура», сосредоточены тончайшие субстанции, без которых невозможно само существование человека.
Чем дольше я всматриваюсь в родовую цивилизацию, тем большее восхищение я испытываю. Именно восхищение, хотя всматриваюсь я всего лишь в мною же создаваемый конструкт, в реконструкцию, в которой, однако, я все больше узнаю самого себя, человека, над головой которого звездное небо и в груди которого моральный закон. Да, друзья, я плоть от плоти и кровь от крови родового человека! По точному замечанию Канта, я «исполняюсь чувствами», прикасаясь к родному! к тому, что для меня живо, — аленькому цветочку, пню-древню, щуке-велению, море-океану, коньку-горбунку, царевне-лягушке, снежинке-снегурочке, ведьме-панночке, большой медведице и царь-лебедю.
И может быть, историки покажут, что лицо советского мышления в XX в. определяется православными корнями всей российской, т. е. в этом смысле и советской, культуры. Наверное, так и будет.
E il mondo non era piu diviso in nazioni ma in palazzi...
Palazzi numerati senza un nome.
Культурный человек, на мой взгляд — это человек, уважающий себя и при этом уважающий других. Он знает себе цену, он любит себя — именно поэтому он позволяет себе «тратить время» на саморазвитие — то есть, читать книги, смотреть фильмы, посещать спектакли, выставки и концерты.
Да, это сложно — быть культурным. Потому что «окультуривание» подразумевает непростую работу над собой — самоуглубление, самоутончение... Гораздо проще жить на поверхности, слыть человеком культурным, а не быть им.
Если хочешь понравиться женщине... Если она красивая, говори ей, что она умная. Если она не очень выглядит, говори — красивая. Если ни то, ни другое не подходит, скажи: «Как ты похудела!»
Дариус Тэнз собрал нас, чтобы мы выбрали сто шестьдесят человек, достойных спасения или, как сказал Мэйсон, поиграли в Бога. Но, если мы правда хотим справиться, то не должны зацикливаться только на вопросах выживания. Нужно помнить, что значит полноценная жизнь. А это касается не только того, что в голове, но и того, что в сердце. Поэтому ненужные, как вы их называете, писатели, художники, очень нужны, потому что в тяжелые времена они дают самый необходимый ингредиент для выживания нашего вида — надежду. И, по большому счету, только надежда может нас спасти.
У Райкина в чём проблема? Я вам объясню. На мой взгляд — Константин Райкин замечательный актёр совершенно, недовостребованный, на мой взгляд, как раз из-за своего театра. Великолепный артист! У него талант такой, знаете, такой лёгкий, как воздушный шарик. Потом, что произошло? На одном собрании рядом с этим «шариком» упало «бревно начальственное». Оно не на него упало, оно упало рядом. Но всё, что сейчас происходит уже третий месяц, вот эти крики Константина Аркадьевича — это возмущение легкого, хрупкого предмета по поводу того, что нельзя же брёвнам падать, понимаете, ведь оно же могло же и убить. Так вот, не надо брёвнами пытаться... не надо брёвнами регулировать культурную отрасль. Не надо!