Всем привет, я воображаемый друг Эми. Но я все же пришел.
— Что произошло с другими людьми, которые путешествовали с тобой?
— Некоторые оставили меня, некоторых оставил я, и некоторые, немногие, но некоторые погибли.
Всем привет, я воображаемый друг Эми. Но я все же пришел.
— Что произошло с другими людьми, которые путешествовали с тобой?
— Некоторые оставили меня, некоторых оставил я, и некоторые, немногие, но некоторые погибли.
Все друзья, которых ты забудешь, мелькают как светлячки. Наверно, ты их почти не замечаешь.
— Эй, Черчилль [Уинстон повернулся к Эми и Доктору], ключ от ТАРДИС. Тот, который ты украл у Доктора.
[Доктор начал обыскивать себя, хлопая по пиджаку].
— О, она хороша, Доктор. Остра как булавка. [Уинстон отдал Понд ключ] Почти так же хороша, как и я.
Итого: ни ТАРДИС, ни отвертки... две минуты на спасение мира. И кто этот чувак?... — *после недоуменных взглядов* — О, я никогда больше так не скажу снова!
— Я не знаю, почему всё время кричу на них.
— Потому что всякий раз, когда вы видите их радость, вы представляете, как им будет грустно. И это разбивает вам сердце. Потому что какой смысл быть радостными сейчас, если они будут расстроены позже… В этом и есть ответ. Что они будут расстроены позже…
— Так, молчите, не говорите мне! По вашей запонке вижу, что у вас есть яблоня и хромая жена. Я прав?
— Нет.
— Но жена-то есть?
— Нет.
— Ну хоть немного яблони? Немного жены? Немного яблок? Ну же, сотрудничайте со мной.
— Привет. Я Доктор.
— Ты умрёшь здесь.
— В рекламном буклете об этом ничего не было сказано.