Жаль, что я не сохранил рисунок — к утру бы он стоил миллионы.
— Кто автор?
— Какой-то Пикассо.
— «Какой-то Пикассо»... он ничего не будет стоить, поверь мне.
Жаль, что я не сохранил рисунок — к утру бы он стоил миллионы.
— Кто автор?
— Какой-то Пикассо.
— «Какой-то Пикассо»... он ничего не будет стоить, поверь мне.
— А ты хорошо врёшь.
— Почти так же, как и ты... Ведь никакой договоренности не было?
— Нет, была. Я всегда побеждаю, Джек. Так или иначе...
— Отблагодарили бы парнишку.
— Ах да, конечно. Лавджой, двадцатки хватит.
— Двадцатки? Вот во сколько ты оцениваешь жизнь возлюбленной?
Джек, я хочу, чтобы ты нарисовал меня, как одну из своих француженок. Так как я заплатила, я рассчитываю получить то, что хочу.
— Это был самый эротичный момент в моей жизни. По крайней мере, на то время.
— И что же было дальше?
— Вы хотите спросить, было ли что-то дальше? Вынуждена вас разочаровать — Джек был настоящим профессионалом.
В музеях живописи нам говорят, какое искусство хорошее. Наше мнение тут ничего не значит. Со всеми в музее они обращаются как с детьми. «Ничего не трогать! Никому ничего не трогать!» Я вроде бы и не собирался, но теперь хочу. Все говорят приглушённым тоном.
— Проявите уважение, сейчас мы посмотрим на работу безумца. Он нарисовал её после того, как отрезал себе ухо.
— А почему мы шепчемся? Ван Гог же умер. Даже будь он жив, он бы нас не услышал.
Теперь они скроются в клубах дыма и начнут поздравлять друг друга с тем, что они правят миром.
Идея мастерства, стоящего за утрированным качеством, останется неизменной на протяжении всей истории масляной живописи.
В более ранней традиции произведения искусства прославляли богатство. Но тогда богатство было символом установленного социального и божественного порядка.
Масляная живопись прославляет богатство нового толка – динамическое, находящее себе оправдание исключительно в высшей власти денег, то есть в их покупательной способности. Следовательно, живопись должна была найти способ продемонстрировать, как вожделенно все то, что можно купить за деньги. А визуальная желанность того, что может быть куплено, заключается в его осязаемости, в том, как оно ответит на прикосновение, на руку хозяина.