Шрам не имеет особенностей. Он не похож на кожу. Он не говорит о возрасте или здоровье, не бледнеет и не темнеет от загара. Он не имеет пор, волос или морщин. Он защищает и скрывает то, что под ним.
Всё, что тебя не убьёт, оставит шрам.
Шрам не имеет особенностей. Он не похож на кожу. Он не говорит о возрасте или здоровье, не бледнеет и не темнеет от загара. Он не имеет пор, волос или морщин. Он защищает и скрывает то, что под ним.
Истина надёжно укрыта покровом тьмы. Нам остаётся только гадать, что за ней скрывается. До тех пор, пока истина не выйдет на свет, люди будут прятать боль в самых тёмных уголках своей памяти. Особенно если эту боль ничем не излечить. В итоге останутся шрамы. Они будут очень глубокими. Они породят новую боль. Боль нельзя терпеть вечно. Но её можно потопить в ярости! Когда ярость выходит наружу, мы наносим новые раны себе и близким. И так продолжается без конца...
— А этот откуда?
— От клинка при осаде Монтобана, в 21-м.
— А это?
— От пули из мушкета на острове Ре в 22-м.
— Бедный Арамис. А это?
— Твои ногти, Люксембургский дворец, позавчера.
Алек знает, кто я такой, то есть он знает, что меня пороли, но рубцов он не видел. Но знать о чем-то и видеть собственными глазами — разные вещи.
Мечтаем об объятьях тьмы,
Чтобы забыться в этом мраке,
Но беспощаден свет луны:
В нем шрамы видим мы свои,
И сердце замирает в страхе.
Я удивлённо посмотрела на неё. Тогда даже не догадывалась, что кто-то считает некрасивыми шрамы.
Каждый шрам — это воспоминание. И порой нам очень тяжело видеть эти шрамы. Просыпаясь утром, заглядывать в зеркало и каждый раз натыкаться на них взглядом. Это тоже самое, что бередить давно забытые раны. Ты видишь шрам и мысленно проживаешь тот день и час, когда ты получил его. Порой, чтобы жить дальше, человек готов пойти на все, чтобы скрыть шрам. Лечь под нож хирурга или закрыть шрам татуировкой каждый решает для себя сам. Цена не имеет значения, ведь деньги теряют смысл, когда дело касается боли.