Благоухать я не могу,
зато и не увяну,
ведь я цвету не на лугу,
а около дивана.
Ты смотришь на меня, как тать,
но брось свои замашки,
ведь все, кто мнил меня сорвать, -
в смирительной рубашке.
Благоухать я не могу,
зато и не увяну,
ведь я цвету не на лугу,
а около дивана.
Ты смотришь на меня, как тать,
но брось свои замашки,
ведь все, кто мнил меня сорвать, -
в смирительной рубашке.
Цветок можно сравнить с удовольствием, которое в скором времени завянет, а запах этого цветка — это подобно воспоминаниям, которые помнятся вечно!
Я не безвольно, не бесцельно
Хранил лиловый мой цветок,
Принес его длинностебельный
И положил у милых ног.
А ты не хочешь... Ты не рада...
Напрасно взгляд я твой ловлю.
Но пусть! Не хочешь, и не надо:
Я всё равно тебя люблю.
Весь этот год я почти физически чувствовала, как во мне выращивают доверие. Как встречающиеся на моем пути люди бросают в мою душу семена, и из каждого семечка вырастает прекрасный цветок. В каждом цветке – порция доверия: я училась доверять своему ребенку, самой себе, своей собаке, моим коллегам, моим старым друзьям. И самое сложное – училась доверять новым друзьям и коллегам и больше не ошибаться в людях. Я научилась выбирать именно тех, кому доверять действительно можно и нужно. Бесценный итог года, подарок Судьбы и Людей. Конечно, некоторые цветы не взошли или были срезаны чьей-то рукой. Да, бывает! Но семечек в душе было столько, что цветов выросло целое поле. И два-три поникших цветочка сути не меняют. В душе у меня бескрайнее море прекрасных цветов.
Раздобудь к утру ковер —
Шитый золотом узор!..
Государственное дело, —
Расшибись, а будь добер!
Чтоб на ем была видна,
Как на карте, вся страна,
Потому как мне с балкону
Нет обзору ни хрена!
Эти пурпурные капризули, разевающие рты, как голодные рыбы, — их звать тюльпаны. На три стороны раскоряченные, оранжевые в крапинку — это тигровые лилии. Красные, с водоворотистым горлышком — конечно же, розы. Они еще бывают розовые или желтые. А домашний чепец с щупальцами на толстом стебле — это амариллис.
Вере постоянно нужна романтика. А у меня романтики хватает только на то, чтобы запомнить, где находится цветочный киоск!
Цветы не думают о людях,
Но люди грезят о цветах...
Цветы не видят в человеке
Того, что видит он в цветке...
Цветы людей не убивают –
Цветы садов, цветы полей...
А люди их срывают часто!
А люди часто губят их!
— Я люблю цветы, так же как и моя жена. Она помешана на них.
— У неё есть сад?
— Вряд ли это можно назвать так, скорее цветочная клумба... Нечто вроде могильного холма.
В житном поле, где белые ромашки, маки алые и голубые васильки — тесно уживаются природе вопреки.
Ангелы шмонались по пустым аллеям
парка. Мы топтались тупо у пруда.
Молоды мы были. А теперь стареем.
И подумать только, это навсегда.
Был бы я умнее, что ли, выше ростом,
умудренней горьким опытом мудак,
я сказал бы что-то вроде: «Постум, Постум...»,
как сказал однажды Квинт Гораций Флакк.
Но совсем не страшно. Только очень грустно.
Друг мой, дай мне руку. Загляни в глаза,
ты увидишь, в мире холодно и пусто.
Мы умрём с тобою через три часа.
В парке, где мы бродим. Умирают розы.
Жалко, что бессмертья не раскрыт секрет.
И дождинки капают, как чужие слёзы.
Я из роз увядших соберу букет...