Борис Борисович Рыжий

Ангелы шмонались по пустым аллеям

парка. Мы топтались тупо у пруда.

Молоды мы были. А теперь стареем.

И подумать только, это навсегда.

Был бы я умнее, что ли, выше ростом,

умудренней горьким опытом мудак,

я сказал бы что-то вроде: «Постум, Постум...»,

как сказал однажды Квинт Гораций Флакк.

Но совсем не страшно. Только очень грустно.

Друг мой, дай мне руку. Загляни в глаза,

ты увидишь, в мире холодно и пусто.

Мы умрём с тобою через три часа.

В парке, где мы бродим. Умирают розы.

Жалко, что бессмертья не раскрыт секрет.

И дождинки капают, как чужие слёзы.

Я из роз увядших соберу букет...

0.00

Другие цитаты по теме

Фонарный столб, приветствую тебя.

Для позднего прохожего ты кстати.

Я обопрусь плечом. Скажи, с какой

Поры

Пути нам освещают слёзы?

Мне только девятнадцать, а уже

Я точно знаю, где и как погибну -

Сначала все покинут, а потом

Продам все книги. Дальше будет холод,

Который я не вынесу.

Старик,

В твоих железных веках блещут слёзы

Стеклянные. Так освети мне путь

До дома -

пусть он вовсе не тернистый -

Я пьян сегодня.

И тот, кто не видел её годами,

И те, кто с ней рядом, бок о́ бок жили,

Все к ней сегодня пришли с цветами,

И рядом у ног её их сложили.

Стояли торжественные корзины,

От младшего сына, от старшего сына.

Плача, склонялась над ней невестка,

Та, что не раз отвечала дерзко.

И внук, что ленился очки подать ей,

Свежие листья ей клал на платье,

И, подобревшей рукой соседка

Вдруг положила хвойную ветку.

Люди кольцом стояли в печали,

Плакали, думали и молчали.

Стыли от стужи цветы живые,

Так много их у неё впервые.

А если б она их увидеть могла бы,

Взять, разобрать и поставить в вазы,

Может, из сморщенной, старой, слабой

Стала б красивой и сильной сразу.

И мне захотелось уйти из круга!

Сказать что все эти букеты лживы!

И крикнуть — дарите цветы друг другу

Сейчас, сегодня, пока мы живы!

Нет, то не снег цветы в садах роняют,

Когда от ветра в лепестках земля, -

То седина!

Не лепестки слетают,

С земли уходят не цветы, а я...

Не жалей о прошлом, будь что было,

даже если дело было дрянь.

Штора с чем-то вроде носорога.

На окне какая-то герань.

Вспоминаю, с вечера поддали,

вынули гвоздики из петлиц,

в городе Перми заночевали

у филологических девиц.

На комоде плюшевый мишутка.

Стонет холодильник «Бирюса».

Потому так скверно и так жутко,

что банальней выдумать нельзя.

Я хочу сказать тебе заранее,

милый друг, однажды я умру

на чужом продавленном диване,

головой болея поутру.

Если правда так оно и выйдет,

кто-то тихо вскрикнет за стеной -

это Аня Кузина увидит

светлое сиянье надо мной.

Потеряла красоту

роза в стакане.

Словно перечитывала

всю ночь

с фронта похоронку.

Что я сейчас думаю о дочке? Знаете что... судьба сжалилась над ней. Я иногда даже благодарен. Врачи сказали, что она ничего не почувствовала, сразу впала в кому. А потом из того мрака погрузилась в другой, еще более глубокий. Хорошая смерть, правда? Безболезненная... в счастливом детстве. Проблема более поздней смерти в том, что ты взрослый. Вред нанесен, уже слишком поздно. Сколько же нужно самолюбия, чтобы выдернуть душу из небытия сюда. Сделать мясом. Бросить жизнь в эту молотилку. Так что моя дочка, она... избавила меня от греха отцовства.

– Тебе не кажется, что прощание с ребенком сделает твою смерть еще тяжелее?

– Но разве это того не стоит?

Ещё далёко асфоде́лей

Прозрачно-серая весна.

Пока ещё на самом деле

Шуршит песок, кипит волна.

Но здесь душа моя вступает,

Как Персефона, в легкий круг,

И в царстве мёртвых не бывает

Прелестных загорелых рук.

Все в порядке, правда. Она просто отдыхает. Мы скоро поедем. Спешки нет. Нам принадлежит весь мир.