Удивительно, как один человек мог разукрасить чёрно-белую картину, а потом, уходя, забрать все цвета.
8.00
А потом он ушёл. Бросил. Словно прочёл книгу и вернул в библиотеку...
Александрина Бобракова
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойВас заносило бурей к моему причалу,
Вы обещали вечно со мной дружить, любить,
Но утром на рассвете, как только солнце встало,
На море — штиль, а, значит, вам надо снова плыть.
Странно, но даже, когда ты знаешь, что нет никаких перспектив, когда ты расстаёшься, на сердце всё равно тяжело...
Кто бы видел, как мы с ней прощались.
На её лице
кипели слезы.
На вокзале дискантом кричали
маленькие
злые паровозы.
Шла узкоколейная дорога
к берегу песчаному разлуки.
Вы меня касались так немного,
жалобно протянутые руки.
Всколыхнулись шрамами царапин,
я их знаю,
это наши шрамы.
... Я стою, оставленный,
на трапе,
молча счастья взвешиваю граммы!
Мало!
Как цветов на Антарктиде...
Женщина уходит при народе,
женщина уходит,
посмотрите...
Женщина уходит
и уходит.
— Я ухожу...
И оборвалась перетянутая струна. Сердце испуганно сжалось до маленького, трепещущего в последнем вдохе птенца — и вдруг забилось ровно, спокойно, словно надежный, отлаженный механизм. Как еще оно может стучать тогда, когда должно бы разорваться?
I will never bother you,
I will never promise to,
I will never follow you,
I will never bother you.
Never speak a word «again»,
I will crawl away for good...
I will move away from here,
You won’t be afraid of fear,
No thought was put in to this.
I always knew, it would come to this.
Скажите ей, что я ушёл,
И что не смог её дождаться.
Лишь октября зажёг костёр,
Чтобы хоть как-то попрощаться.
Душа и мысль — единый вздох.
Не жди меня, нет больше слов,
Не будет больше снов.
Простужен день, он льёт дожди
И в каждой капле меня не жди.
Холодно и безразлично так
Нас осень обняла.
Серыми буднями — не разбудить огня,
Не заставить сердце биться чаще,
Если нет причин для счастья,
Мне не хочется смотреть, как мы с тобой
Убиваем свою любовь.
Разлюбить человека – это еще полбеды. Ты еще перестаешь любить все то, что ему нравилось.