Zero People — Таллин

Незаконченный мой роман

Позолочен и вставлен в рамку.

И разложен по полкам хлам:

Мысли, письма, твои останки.

Но сколько можно вздрагивать видя

Твоё лицо на свежих снимках?

И быть уверенным, что не выйдет

Учиться на своих ошибках.

0.00

Другие цитаты по теме

Как все-таки тяжело — навсегда расставаться с теми, кто стал тебе по-настоящему близок.

Была улыбка, потом ее не стало,

А я фартовый все гонял по этим карнавалам.

Вполголоса — конечно, не во весь -

прощаюсь навсегда с твоим порогом.

Не шелохнется град, не встрепенется весь

от голоса приглушенного.

С Богом!

По лестнице, на улицу, во тьму...

Перед тобой — окраины в дыму,

простор болот, вечерняя прохлада.

Я не преграда взору твоему,

словам твоим печальным — не преграда.

И что он — отсюда не видать.

Пучки травы... и лиственниц убранство...

Тебе не в радость, мне не в благодать

безлюдное, доступное пространство.

Мы соблюдаем правила — и чувствуем себя правильными. Выбросил огрызок в урну? Какой молодец, бережет природу! Нам и в голову не приходит, что, когда мы, погрузившись в темные мысли, раздражение, недовольство, ступаем по теплому песку или холодному асфальту, мы впечатываем след собственной тьмы в окружающее пространство, отравляя тот самый мир, который питает нас и дает нам силы.

Опять приду на этот хмурый берег

И хижину поставлю у воды,

Так, чтобы водоросли — знак беды -

Чуть-чуть моей не достигали двери,

Так, чтоб исчезла боль моей потери,

Прозренье унесло её следы.

Здесь будут мысли ясны и тверды,

Лишь здесь познаю счастье в полной мере.

Любовь из глаз твоих ушла мгновенно,

Не помнят нежных слов твои уста;

Миг — и исчезнет вкупе с тем, что тленно,

Полунапевность, полунемота.

Зато всё те же скалы в буйстве пены

Увижу там, где юность прожита.

Мне тоже сложно переживать то, что ты здесь, и каждую встречу с тобой. Но мы привыкнем к этому, и к тому, что нас больше ничто не связывает.

Считается, что вовремя исправленная ошибка уже не является ошибкой. Но иногда для исправления ошибок не хватает главного — согласия близких.

Были крупные ошибки, о них жалею, но это скорее не ошибки — это судьба. Жалею, что был очень суров со своими друзьями. Кто-то вступил в партию, и я вычеркивал этого человека из рядов друзей навсегда. Или поступок совершил какой-то нехороший — я не прощал, а нужно было прощать.

Мне рядом с тобой не нашлось постоянной локации,

там место есть только тогда, когда нету других.

Тебе не нужны от меня ни слова, ни овации,

а мне – не хватает любви и восторга для них.

Мы просто попутчики. Что же… Наверно, приехали,

и каждому дальше с другими встречаться и жить.

Но всё-таки жаль, что закончилось тёплое лето,

а мне-то хотелось – на целую вечность продлить.

— Но не вдвоём, а поодиночке…

— Да, — подтвердила она, — поодиночке.

И при этом слове Уилл ощутил, как в нём волной всколыхнулись гнев и отчаяние — они поднялись из самой глубины его души, словно из недр океана, потрясённых каким-то могучим катаклизмом. Всю жизнь он был один, и теперь снова будет один: тот удивительный, бесценный дар, который ему достался, отнимут почти сразу же. Он чувствовал, как это волна вздымается всё выше и выше, как её гребень начинает дрожать и заворачиваться — и как эта гигантская масса всем своим весом обрушивается на каменный берег того, что должно быть. А потом из груди его невольно вырвалось рыдание, потому что такого гнева и боли он не испытывал ещё никогда в жизни; и Лира, дрожащая в его объятиях, была так же беспомощна. Но волна разбилась и отхлынула назад, а грозные скалы остались — ни его, ни Лирино отчаяние не сдвинуло их ни на сантиметр, поскольку споры с судьбой бесполезны.

Он не знал, сколько времени боролся со своими чувствами. Но постепенно он начал приходить в себя; буря в его душе улеглась. Возможно, водам этого внутреннего океана не суждено было успокоиться окончательно, однако первое, самое мощное потрясение уже миновало.