Я трогал эту королеву в нищете,
И мою бедность перестали замечать.
Я трогал эту королеву в нищете,
И мою бедность перестали замечать.
И покуда ветрами буйными судно на камни по морю несло, –
Память о доме латала борты и заменяла весло...
Только не окажись как те, что налюбятся и бегут.
Без тебя по утру постель, как стихи без букв,
Без тебя я рассыплюсь по простыни — пыль, стекло,
Как покинутый остров, пустые стихи без слов.
Не красней — вечер, тихо, все звуки летят на запад,
Я во сне уже видела эти рисунки, твои глаза.
Мне с тобою все мало рома, времени, сигарет,
Мы — герои Ремарка, у номера нет дверей.
Я боялся искать этому объяснения, дабы не обнаружить
За иллюзией дружбы что-то больше, чем просто влечение.
Пускай все плывет по течению.
Мы вроде совсем не чужие друг другу, мы ближе,
Ведь даже то, о чем ты молчала, поверь мне, я слышал.
Когда строку диктует чувство,
Оно на сцену шлет раба,
И тут кончается искусство,
И дышат почва и судьба.
Когда он спросил её, почему она плачет, она прикусила губу и сказала, что «со счастливыми женщинами такое иногда случается».
И низко над садом, колыхнув вершины темных древесных холмов, проносится судорожный, печальный вздох: это умер день.
Будет дождь идти, стекать с карнизов
и воспоминанья навевать.
Я – как дождь, я весь – железу вызов,
а пройду – ты будешь вспоминать.
Будет дождь стучать о мостовую,
из каменьев слёзы выбивать.
Я – как дождь, я весь – не существую,
а тебе даю существовать.