Мне кажется, хорошей идея – установить мораторий на установку памятников политикам. Сто лет после смерти. И ни днем раньше.
... Конечно, общую идею хоть какую-то дать надо – для того, чтобы делали дело с пониманием, – но дать лишь в минимальной дозе, иначе из них не выйдет хороших и счастливых членов общества.
В каждом идеологическом или политическом движении важнейшую роль играют две основные его составляющие: идея и человек.
Есть политики принципов, а есть политики последствий. Мне ближе вторые. Если вы поверяете свои намерения и желания на последствия и на некоторую нравственную основу, то шансов, что вы ошибётесь, меньше.
В политике, как и в жизни, полумеры и виляние причиняют больше вреда, нежели энергичные и решительные действия.
Как я понимаю, это удел всего ампутированного — болеть и мучить болью здоровый организм, ежедневно напоминать о потере. Представь себе, как должна болеть ампутированная совесть. У современных политиков совсем нет совести, я часто задумываюсь, мучают ли их по ночам фантомные боли?
— Есть ли хорошие актеры среди французских политиков?
— Не говорите мне о них. Они наводят на меня ужас. Это всё комедианты, умеющие только торговать обещаниями.
Вопрос: Как происходит то, что та же самая идея, например, какое-либо открытие, возникает и делается одновременно в нескольких местах?
Ответ: Мы уже сказали, что во время сна духи общаются между собой; так вот, когда тело пробуждается, дух вспоминает о том, что он узнал, и человек верит в то, будто это он открыл или изобрёл. Таким образом, сразу несколько человек могут сделать какое-то открытие. Когда вы говорите, что какая-то идея висит или носится в воздухе, то это образ гораздо более справедливый и точный, чем вы полагаете: каждый содействует её распространению, даже не подозревая об этом.
А у нас все больше и больше усиливается контроль. Не понятно, зачем и почему. Внешний враг постоянно ищется. Мы бы уже давно осваивали космос, если бы не эта левая пропаганда про внешнего врага.
Cлайд с цитатой