Metal Gear Solid 4: Guns of The Patriots

Война изменилась. Дело больше не в нации, идеологии, этнической принадлежности. Это бесконечная череда сражений, в которых бьются люди и машины. Война и трата жизни стали хорошо смазанным механизмом. Солдаты с идентификатором используют оружие с идентификатором и оснащение с идентификатором. Наномашины в их телах улучшают и регулируют их способности. Контроль поля боя, генетики, информации, эмоций — всё под наблюдением и контролем. Век устрашения сменился веком контроля — всё во имя избежания катастрофы из-за оружия массового поражения. И тот, кто контролирует поле боя, контролирует саму историю. Когда поле боя под постоянным контролем, война становится рутиной.

0.00

Другие цитаты по теме

— That's right. Good. No need for you to go just yet. It's been a long time... Snake.

— Big Boss?

— Let it go... my son. I'm not here to fight. Or should i call you brother?

— What?

— It's over. Time for you to put aside the gun. And live.

Мы никогда не трогаем ничего напрямую. Мы только влияем. Предлагаем. Намекаем.

Мы — дети Запада. Мы должны учиться у Запада, что он древнее, опытнее и успешнее. Успешнее, потому что мы всё закупаем у Запада, а не Запад у нас!

Для того, чтобы добиться установления единого правления над всем миром, необходимо убить в человеке индивидуальность, заставить его перестать быть лояльным к семейным традициям, национальному патриотизму и религиозным догмам.

История этой планеты — это история идиотизма, подчеркнутого несколькими дебилами, которые выделились на общем фоне как гении.

Человек, который постоянно контролирует другого, глубоко несчастен, поскольку стремится реализовать себя, обладая не собой, а другими. Он пытается компенсировать пустоту и страх, вызванные состоянием фрустрации, через контроль над другими людьми. Любое желание обладать всегда идёт вразрез с жизненной функциональностью.

Хотя на экранах мелькают то порнозвезды, то президенты, но в истории цивилизации остаются Архимед, Гомер, Сервантес, Достоевский, Клибин... и редкий прохожий сумеет ответить, кто в их времена правил миром и мелькал на телеэкранах.

Его родители — наилучшее доказательство, что разделение на немцев и поляков всего лишь результат сговора историков, которым удалось убедить целые народы.

Если научная фантастика — это мифология современной технологии, то этот миф очень трагичен.