Есть бог, учение о котором мне преподавали в школе. А есть бог, который скрыт от нас всеми благами цивилизации. И этого бога я нашёл в горах.
Мы путешествуем — некоторые из нас вечно — в поисках других мест, других жизней, других душ.
Есть бог, учение о котором мне преподавали в школе. А есть бог, который скрыт от нас всеми благами цивилизации. И этого бога я нашёл в горах.
Мы путешествуем — некоторые из нас вечно — в поисках других мест, других жизней, других душ.
Бог не рассчитал и сделал землю шире, чем небо. Чтобы уменьшить землю, он смял её в некоторых местах — так появились горы.
Он [Франсуа Перрен] вам скажет, что лифт отеля Крийон поднял его намного выше, чем он мог себе представить. Ещё он вам скажет, что отправился искать душу старого индейца, а нашёл свою.
Шёл человек по дороге в большой город. Смотрит — фургон стоит.
— Не подвезешь ли меня? — спросил он кучера.
— Подвезу, — ответил тот, — да только за деньги.
На том и сошлись. Забрался человек в фургон, и кучер погнал лошадей. Только отъехали, как заметил кучер на поле стог пшеницы. Решил он стащить охапку-другую, но опасаясь, что кто-нибудь увидит, сказал человеку:
— Пойду возьму пшеницы, а ты гляди по сторонам; если кто увидит, подай мне знак.
Выслушал его человек и ничего не сказал. Побежал кучер к стогу, схватил большую охапку и бегом назад. А человек ему знак подаёт: мол, кто-то увидел. Кучер в испуге бросил пшеницу, вскочил на козлы и давай лошадей нахлестывать.
Отъехав от поля, оглянулся он — вокруг ни души.
— Ты обманул меня, — напустился он на человека. — Кто видел, что я пшеницу взял?
— Бог видел, — ответил человек, указывая на небо. — Он всё видит, ничто не укроется от Него.
Пост должен быть результатом любви. Сначала научись любить, а потом постись. Только горячая любовь к Богу может заставить забыть о пище и насытиться Им.
Ваши отношения с семьей и церковью – Ваше личное дело. Но путь к Богу не лежит через пропуски занятий. А неумение сочетать семейную жизнь с обязанностями студента может сослужить Вам в будущем дурную службу.
«Простите, что такой личный вопрос: а почему вы верите?»
По двум причинам, довольно сложным.
Первая, более ранняя: мир без Бога — это храм без купола; он не достроен, не закончен, остаётся слишком много вопросов. Это как восемнадцатый верблюд. Вот восемнадцатого верблюда не видно. Вы знаете все эту задачку, да?
У отца три сына. Он завещает старшему половину всех своих верблюдов, среднему — треть, а младшему — девятую часть. А 17 верблюдов у него, и это не делится, ни на 2, ни на 3, ни на 9. Мимо едет всадник на своём верблюде и говорит: «Что вы мучаетесь, молодые люди? Я вам отдам своего верблюда, у вас будет 18 — и всё поделится». Он им отдал — и всё поделилось. Всадник сел на своего верблюда и уехал. А как же, а где же, а почему? А потому что остался этот восемнадцатый верблюд. Один получил 9, второй — 6, третий — 2, девятую часть. А этот уехал на своём верблюде.
Бог — это то, что нужно, это допущение, которое необходимо. Без него не делится, для меня во всяком случае (вы же меня спросили). Для меня без него этот мир, как храм без купола, всё бессмысленно без него.
Второе относится к довольно глубоким фазам рефлексии...