До сих пор не установлено, чего в мире больше — греха или морали. Во имя морали совершались ужаснейшие преступления. Это — великие грехи морали.
И великие войны — это не бездумные, стихийные, гигантские промахи и ошибки, а заранее продуманные моральные акции.
Мораль — как вышка в бассейне и задница, за которую ангелы, рожденные в небесах, готовы убивать.
— Любопытная это штука, чувство греховности, заметил Самюэл. — Если бы человеку пришлось отказаться от всего, что у него есть, остаться нагим и босым, вытряхнуть и карманы, и душу, он, думаю, и тогда бы умудрился припрятать где-нибудь пяток мелких грешков ради собственного беспокойства. Уж если мы за что и цепляемся из последних сил, так это за наши грехи.
— Может быть, сознание нашей греховности помогает нам проникнуться большим смирением. И вселяет в нас страх перед гневом Господним.
— Да, наверно. Я думаю, ощущение собственной ничтожности дано нам тоже не без доброго умысла, потому что едва ли найдешь человека, лишенного этого ощущения напрочь; но что касается смирения, то его ценность понять трудно, хотя, наверно, логично допустить, что муки, принимаемые со смирением, сладостны и прекрасны. Что есть страдание?.. Не уверен, что его природу мы понимаем правильно.
Я не думаю, что такая вещь, как мораль, на самом деле существует. По-моему, это человеческое изобретение, понадобившееся для того, чтобы легче было управлять народом. Ценности, этика, правовые нормы — все это придумал человек, и все эти штуки, в общем, и сцепляются в некую малопонятную сущность под названием «мораль».
Он приводил меня в такие чудесно грешные места. Некоторые из них сейчас для меня святыни.
На экране мерзость, обман и кровь;
прокаженные, источающие любовь;
глумливые жабы, оценивающие
небесную необъятность,
сводящие мужскую честь и мораль
в необязательную вероятность.
Почти всегда, поискав в себе, мы найдем тот же грех, который мы осуждаем в другом. Если же мы не знаем за собой именно того самого греха, то стоит только поискать, и мы найдем еще худший.
Cлайд с цитатой