В высоких душах жалость — частый гость.
Сострадание — нечто более высокое, идущее из глубины души, а жалость там, где страх и боль.
В высоких душах жалость — частый гость.
Сострадание — нечто более высокое, идущее из глубины души, а жалость там, где страх и боль.
Жалость не всегда оправданное чувство — но оно необходимо людям хотя бы для того, чтобы души их не очерствели и мхом не поросли.
Когда я был маленьким, мама говорила мне, что закатные облака — это души умерших, возносящиеся в рай. Вот так чудо, думал я, значит, и у меня душа алого цвета. Теперь-то я знаю, что алые облака просто-напросто предвещают ветреный день. Но и это тоже чудесно.
Смерть наступает, когда тело теряет жизненную теплоту, и душа — через поры кожи и отверстия в голове — покидает своё телесное пристанище.
Когда человек начинает людей убивать, ему почти всегда приходится убивать их все больше и больше. А когда он убивает, он уже и сам покойник.
Ночь миновала. В небе сияла утренняя звезда. И я тоже стал совсем другим. Прежний я — мальчик, изучавший Талмуд, — исчез в языках пламени. Осталась лишь похожая на меня оболочка. Черное пламя проникло в мою душу и испепелило ее.
— Я буду заботиться не о себе, а о своих мыслях…
— Заботиться о своих мыслях бывает очень трудно, душа может погибнуть.