Анна Михайловна Островская

Они все молчат… Всё взваливают на свои плечи. Тащат на себе и материнские, и отцовские обязанности. Становятся жестче. Становятся очень избирательны в общении. Становятся внутренне сильнее и более независимыми. Со стороны, наверное, кажется, что стали резче и злее... Что говорит на это общество? «Она сама такая жесткая, как мужик, поэтому муж и ушел! Так ей и надо!». Никто уж и не вспомнит, что десять лет назад она была тонкой и ранимой, женственной и милой. Той женщины уже нет… Беда? А сколько их ломается и погибает в пути?

0.00

Другие цитаты по теме

А детям всей Земли так хочется мира!

Покоя, счастья и домашних праздников милых,

Улыбок мам, бабулиных сказок, папиных шуток

И будущего, а не новостей до одури жутких.

Волшебники не умирают, и в Путь отправившись,

Мелодией зазвучат, забренчат по клавишам,

Прольются дождем на тех, в чьей остались памяти:

Мол, как вы живете тут, о нас вспоминаете?

Волшебников провожать иногда приходится -

Для каждого свой черед уйти, успокоиться

И в сказке остаться жить, навсегда на воле,

Омытыми напоследок людской любовью.

Мы простимся у переправы с теми, чей ускользает век,

И от третьей звезды направо возвратимся на этот свет.

И вернемся к своим заботам, заблуждениям и мечтам,

И найти попробуем счастье, чтобы было не стыдно Там.

Давай, вставай! Не ной, от этой боли

Есть лишь один рецепт – преодолеть.

Душа тоскует, просится на волю.

Ну как же тут, скажи, не заболеть?!

Ты прячешь нежность, затолкала в угол память.

Ты не даёшь себе любить и говорить,

И эта боль тебе на сердце давит

И заставляет жизнь переменить.

Пополам пощады, пополам!

Каждому из нас — своё спасенье,

Каждому — хоть капельку прощенья.

Оба виноваты. Пополам!

Ну что ж, ты был прав. Я справилась. Видишь?

Другие теперь на меня равняются.

Смотри, мол, какая. Её не обидишь!

Она, мол, умница и красавица.

Она, мол, сильная! Да? Не верь им.

Мой мир не собрать из кусков, напрасно.

Кто сожран взахлёб равнодушным зверем,

Тот больше уже не играет в счастье.

Сильные люди обычно ломаются молча.

Не ноют, энергия бьёт ключом, на губах — улыбка,

По жизни идут уверенно, мыслят точно,

Живут светло и даже учатся на ошибках.

На помощь придут, как только нужны кому-то,

Плечо подставят всегда, помогут подняться.

Но вдруг в какое-то самое обыкновенное утро

Их жизни окажется суждено оборваться.

Друзья уходят. Кто-то в счастье, кто-то в тень,

а кто-то в мир иной, не попрощавшись,

собой украсив смысл уже вчерашний,

а завтрашний вдруг обессмыслив день.

Наказывают: кто-то за поспешность,

кто за грехи, а чаще — за безгрешность.

Не идеальность не прощая мне,

и сами — кто в обиде, кто в вине.

Друзья уходят. Каждый раз больнее,

ведь мы с годами любим их сильнее.

И каждый раз так верим, что смогли

не меньше быть достойными любви.

Но снова не достойны. Снова нужно

из сердца вырывать друзей и дружбу,

поранившись о собственный же край:

привыкла к людям сильно? Отпускай!

Навечно ничего ведь не бывает.

А всё же... каждый раз до слёз пугает

от их ухода каменная мгла.

Любимые... Простите.

Не смогла.

Всё закончится: боль и страх,

это чувство, рвущее душу,

будто пламенем от костра

обжигающее виски.

И сомнения, и пустота —

всё твоё и тебя не разрушит.

Ты пройдёшь через это сама,

не держись за него, отпусти.

Он пройдёт. Как ночная гроза.

В предрассветном растает тумане.

Но запомнятся эти глаза —

голубые, как в море прибой.

Он пройдёт. Он не против, не за,

не с тобой, не в тебе… Он обманет

сам себя, сам себе отказав

в тихом счастье быть рядом с тобой.

— Он не идеален, Андрюша, — сказала она. – Может, поэтому его так все любят? Тебе тоже стоило бы отвлечься от работы. И от меня. Давно пора. Натвори что-нибудь. Съезди в отпуск. Отправляйся в путешествие. Ты сидишь в серверной и работаешь с утра и до вечера. Вечером ты приходишь домой и даже не замечаешь, что мы не очень-то подходим друг другу.

— Мы подходим друг другу, София! Когда же и ты наконец это поймешь! Я жду этого столько лет!

— Ты ведь сам советовал мне не проводить всю жизнь в ожидании.