День сер, а вечер – просто полный мрак…
И под ногами месиво и лужи.
Как будто Город скинул чёрный фрак,
Залез в постель – лежит, совсем простужен,
И носом хлюпает, и пьёт горячий чай,
Пытается под одеялом греться.
Ему вдруг грустно станет невзначай,
Задёргает вдруг каменное сердце.
Брось эти глупости, и это переживём!
Расточительство – тратить себя на кого попало,
Я укрываюсь грёз своих покрывалом,
И наконец-то иду гулять под дождём.
Не хочу ни о чём писать.
Надоели слова, слова…
Так устала полвека ждать,
пока жизнь мне отдаст тебя.
Ухожу в молчаливый путь.
Буду слушать, смотреть, дышать.
Если мне тебя не вернуть,
то, выходит, нет смысла звать.
— Он не идеален, Андрюша, — сказала она. – Может, поэтому его так все любят? Тебе тоже стоило бы отвлечься от работы. И от меня. Давно пора. Натвори что-нибудь. Съезди в отпуск. Отправляйся в путешествие. Ты сидишь в серверной и работаешь с утра и до вечера. Вечером ты приходишь домой и даже не замечаешь, что мы не очень-то подходим друг другу.
— Мы подходим друг другу, София! Когда же и ты наконец это поймешь! Я жду этого столько лет!
— Ты ведь сам советовал мне не проводить всю жизнь в ожидании.
Все мы уйдём: и ты, мой друг, и я,
И смоет время наши города,
И вновь вздохнет и повернёт планета,
Цивилизации стряхнув, как будто цепи.
Всё, что любили мы, уйдёт в песок,
Утихнет эхо наших голосов,
И только Сфинкс, по-прежнему безмолвный,
Останется стеречь свои секреты.
По-прежнему садиться будет солнце
За острые вершины пирамид,
По-прежнему на небе будут звёзды,
И солнце блеск и славу сохранит,
Таким же будет океан бездонным...
Но в этом мире нас уже не будет.
И в новый круг история умчится.
Другие сказки сложат снова люди,
Вновь зиму назовут зимой, а лето летом.
Вновь будут воевать, любить, учиться,
И снова вырастут повсюду города...
А мы уйдем, неведомо куда.
Блуждая средь высоких целей,
В попытке переспорить жизнь,
Мы, словно белки в карусели,
Бежим и видим миражи...
А жизнь проста. Она уходит,
Сквозь пальцы тихо, как песок...
А у судьбы меж тем выходит
На спицах шерстяной носок.
Спустя много лет я открою блокнот с исчерканными страницами,
и из него рекой прольётся всё то, что я чувствовала к тебе.
Здесь живут мои не улетевшие на волю нежные птицы –
всё то, что не было принято, не было угодно судьбе.
Спустя много лет уже не надо будет смиренно казаться
просто другом. Бессмысленно станет увиливать, прятать чувство спешить.
А любить – это по-прежнему будет значить касаться
пальцами – тела, строками – родной, вдохновлённой души.
Ну, а пока блокноты в столе, а у нас в перспективе – годы.
Много напишется. Много ещё наколдуется нежных птиц.
И наблюдает за нами, пока несбывшимися, с небосвода
Бог и огромный круг любимых и любящих лиц.
Дождь делает контуры размытыми. Нет больше четких теней и границ между пешеходами и их отражениями в лужах.
Они все молчат… Всё взваливают на свои плечи. Тащат на себе и материнские, и отцовские обязанности. Становятся жестче. Становятся очень избирательны в общении. Становятся внутренне сильнее и более независимыми. Со стороны, наверное, кажется, что стали резче и злее... Что говорит на это общество? «Она сама такая жесткая, как мужик, поэтому муж и ушел! Так ей и надо!». Никто уж и не вспомнит, что десять лет назад она была тонкой и ранимой, женственной и милой. Той женщины уже нет… Беда? А сколько их ломается и погибает в пути?
Особенно я ненавижу дождливую погоду в городе. Я, собственно, не столько против дождя, сколько против грязи, потому что, по-видимому, обладаю для нее какой-то неотразимой притягательной силой. В ненастный день мне достаточно только показаться на улицу, и я уже наполовину покрыт грязью. Всему виной то, что некоторые из нас слишком привлекательны, как сказала старушка, когда в нее ударила молния. Другие люди могут выходить из дому в непогоду и часами прогуливаться по улицам, оставаясь совершенно чистыми, а я лишь перейду дорогу, и на меня уже просто стыдно глядеть (как говаривала моя покойная мама, когда я был еще мальчиком). Если во всем Лондоне окажется всего лишь один-единственный комочек грязи, я убежден, что отобью его у всех соискателей.
Cлайд с цитатой