Небо везде голубое.
— Хочешь со мной?
— Что?
— Ну, ты пойдешь со мной?
— Куда?
— На край света, например.
— Не могу.
— А он тебе подходит?
— Да!
— Он станет за тебя драться?
— Хотелось бы…
Небо везде голубое.
— Хочешь со мной?
— Что?
— Ну, ты пойдешь со мной?
— Куда?
— На край света, например.
— Не могу.
— А он тебе подходит?
— Да!
— Он станет за тебя драться?
— Хотелось бы…
Они были заперты в этой тёмной земляной яме, как в ловушке. Загляде было трудно дышать, нестерпимо хотелось на волю, под небо. Любые беды и опасности казались не страшны, лишь бы над головой было вольное небо, а по бокам не смыкались сырые холодные бревенчатые стены. А рассказывают, что иные узники в порубах живут по десяткам лет! Загляде казалось, что она не прожила бы в таком заточении и двух дней, задохнулась бы.
Не слышно на палубе песен,
Эгейские волны шумят...
Нам берег и душен, и тесен;
Суровые стражи не спят.
Раскинулось небо широко,
Теряются волны вдали…
Отсюда уйдем мы далёко,
Подальше от грешной земли!
Они до сей поры с времен тех дальних
Летят и подают нам голоса.
Не потому ль так часто и печально
Мы замолкаем, глядя в небеса?
Нам недостаёт только необходимого: большого куска неба. Старайтесь всегда сохранить кусок неба над вашей жизнью.
Но мне дым нравится. Он поднимается вверх, к небу... Как будто маленькая лестница в рай.
Душа — кабак,
а небо — рвань.
Поэзия — истрепанная девка,
а красота — кощунственная дрянь.