Печаль — самое древнее и почти самое чистое из наших чувств, чище даже красоты.
Иногда я удивляюсь тому, как люди сумели изобрести понятие «веселье»; вполне возможно, что они его вычислили лишь теоретически — в противовес печали.
Печаль — самое древнее и почти самое чистое из наших чувств, чище даже красоты.
Иногда я удивляюсь тому, как люди сумели изобрести понятие «веселье»; вполне возможно, что они его вычислили лишь теоретически — в противовес печали.
Забывший с самого начала происшествия о том, что такое слёзы, я в эти минуты стал понемногу поддаваться печали. Я даже не знаю, насколько это облегчило мне душу. Сердце моё, окованное болью и ужасом, получило от этой печали первую каплю влаги.
Когда теряет блеск королевство, наблюдать за этим куда печальнее, чем за крахом второразрядной республики.
Красота и любовь не вечны, я знаю. И от печали не уйти. Наверное, всякое большое счастье немножко печально. Красота — это благоухание роз, а розы увядают.
Best Grief is Tongueless — before He'll tell -
Burn Him in the Public Square -
His Ashes — will
Possibly — if they refuse — How then know -
Since a Rack couldn't coax a syllable — now.
Ты остаешься один, когда кончается вера,
Когда в твоих небесах не слышно пения хора,
Когда не ангел крылом, лишь дуновение ветра
Тебя толкает вперед, вдруг превращаясь в опору.
Ты остаешься один, когда уходят родные,
Когда закрыты счета, когда оплаканы судьбы,
Ты закрываешь глаза и понимаешь впервые,
Что так, как было тогда, отныне больше не будет.
Ты остаешься один, когда взрослеют потомки,
И скомкав выцветший плед, ты машешь вслед им рукою,
Ты отступаешь назад в забвенье, в старость, в потемки
Последних сумерек дня над истощенной рекою.
Ты остаешься один, когда любовь остывает,
Когда в груди от потерь твоих становится пусто.
Ты остаешься один, не плачь, такое бывает.
Ты остаешься один. И это даже не грустно.
Любовь может возвысить человеческую душу до героизма, вопреки естественному инстинкту, может подтолкнуть человека к смерти, но она хранит и боязнь печали.
Ее больше мучило предчувствие страдания, ведь уйти из этого мира — это значит не только упасть в ту пропасть, имя которой — неизвестность, но еще и страдать при падении.