Смертная казнь: депортация преступника на тот свет.
Что тут, чёрт подери, смешного?! Даже ты не стал бы смеятся на собственных похоронах!
Смертная казнь: депортация преступника на тот свет.
Что тут, чёрт подери, смешного?! Даже ты не стал бы смеятся на собственных похоронах!
— Мастер Тито, мне хотелось бы умереть, глядя в небо — головой вверх.
— Это невозможно — это привилегия дворян.
— Да как же? Перед смертью все равны. Со склоненной головой должны жить, с ней же и умирать. Это называется справедливость? Справедливость вечного города?
— Я рассказала ему о твоей теории о смертной казни.
— Что именно?
— Ну то что казнить надо тех, кто не убирает дерьмо за собаками, ездит на велосипедах по тротуарам, называет матерей мамочками и...
— Дальше я не помню.
Прежде всего мы отрицаем самую идею примера. Мы отрицаем, что зрелище казни оказывает то действие, какого от него ожидают. Оно играет отнюдь не назидательную, а развращающую роль, оно убивает в народе жалость, а следовательно, и все добрые чувства.
Скажите всем и каждому, что еще до заката у нас будет свадьба! Или повешение. В любом случае — повеселимся!
Неужели петля — это единственное, что мы можем сделать для человека, который никогда не улыбался?
В его мыслях о близких не было сентиментальности — он сурово подводил итоги своей жизни, начиная понимать, как сильно любил в действительности тех людей, которых больше всего ненавидел.
Когда ему сказали: «Афиняне осудили тебя на смерть», Сократ ответил: «А природа осудила их самих».