— Я рассказала ему о твоей теории о смертной казни.
— Что именно?
— Ну то что казнить надо тех, кто не убирает дерьмо за собаками, ездит на велосипедах по тротуарам, называет матерей мамочками и...
— Дальше я не помню.
А что делаете вы? Читаете о резне, о том, как опрокинулся школьный автобус, и вы кричите: «О, ужас!» Потом переворачиваете страницу и доедаете яйца куриц, которые содержутся выгульным способом.
Первый министр
Живую воду, живо, живо, живо!
Министр финансов
Кому? Этому? Но она воскрешает только хороших людей.
Первый министр
Придется воскресить хорошего. Ах, как не хочется.
Если я могу понять квантовую механику, то я могу понять и процессы, происходящие в наших телах.
— Миша, ты спер ядерный чемоданчик. Зачем?
— На память.
— Тебя расстреляют.
— У нас нет смертной казни.
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…
— А до скольких лет надо вырасти, чтобы черный цвет не укусил тебя длинными зубами?
— До стольких, чтобы понять, что это абсолютно глупый вопрос.
— Я знаю, что нам делать с твоими предвидениями... Знаю, куда с ними ехать.
— Куда же?
— В Вегас!
Cлайд с цитатой