Битвы Зверей (Beast Wars)

Другие цитаты по теме

— Представь, что за кроличьим племенем гонится один обобщённый удав. А до реки ещё осталось около ста прыжков. Так вот, имеет ли право вожак, чтобы взбодрить выбившихся из сил, воскликнуть: «Кролики, ещё одно усилие! До реки только двадцать прыжков!»?

— Я полагаю, имеет, — сказал Возжаждавший, стараясь представить всю эту картину, — потом, когда они спасутся, он им объяснит, в чём дело.

— Нет, — сказал Задумавшийся, — так ошибались все преобразователи. Ведь задача спасения кроликов бесконечна во времени. Перебежав реку, кролики получат только передышку. Наш обобщённый удав найдёт где-нибудь выше или ниже по течению переброшенное через реку бревно и будет продолжать преследование. Ведь удав у нас обобщённый, а любителей крольчатины всегда найдётся достаточно...

— Значит, я так думаю, надо сохранить право на ложь для самого лучшего случая?

— Нет, — сказал Задумавшийся, — такого права нет. Как бы ни были кролики благодарны своему вожаку за то, что он взбодрил их своей ложью, в сознании их навсегда останется, что он может солгать. Так что в следующий раз сигнал об опасности они будут воспринимать как сознательное преувеличение. Но и вожак, солгав во имя истины, уже предал истину, он её обесчестил. И насколько он её обесчестил, настолько он сам её не сможет уважать... Она его будет раздражать...

Настоящие лидеры не собирают учеников. Они создают других лидеров.

— Сколько еще раз повторится такая трагедия?

— Столько, сколько потребуется.

— Мы превращаем юношей в воспоминания.

— Думаешь, я этому рад? Когда вижу, как мой друг умирает. Женщины вдовеют из-за моих решений. Каждый ребенок, что вырастет без отца – на моей совести. Это тяжкое бремя – удел полководца.

Некоторые люди ведут, а некоторые идут следом. И когда ты не можешь вести и не хочешь следовать, ты умрёшь в пустыне в одиночестве.

Если старый вожак в первую очередь старый, а потом уже вожак, ему лучше подвинуться. Или его подвинут.

Мы голосовали, выбирали себе лидеров — обаятельных, с белоснежными чубами и безупречно подвешенным языком — и совали им в руки все наши страхи и мечты, ведь у людей с таким крепким рукопожатием не может быть слабых рук. И нас всегда подводили. Иначе и быть не могло. Ведь они тоже были всего лишь людьми.

Кто повторяет старое и узнает новое, тот может быть предводителем.

Всегда всё сводится к одному вопросу: готов ли ты рискнуть ради бесценного приза и идти до конца?

Вода лежала тяжелая, серая,

мертвоватая такая вода.

И дело не в ней, Герберт, дело в нас.

Мы слишком ждем проявлений мира, забыв, что миру нечего проявлять. Это просто пустые белые стены в темной комнате. И только ты или я, мы – источник света решает, чему скакать по этим выбеленным пространствам, а чему – не быть.

Вода будет серой и грязной до тех пор, пока мы не дадим ей жизнь, брат.

Ну, может, не так буквально, как фараоны с их ритуалами плодородия,

но пока мы не дадим ей жизнь.

Чтобы стать царем зверей, мало вести себя по-царски, надо быть царем.