Мы братья. Мы всегда будем равны.
— Как ты думаешь, он с твоими богами или с моим?
— Это неважно. Его смерть на моей совести.
— На моей совести будет твоя смерть...
— Пусть так.
Мы братья. Мы всегда будем равны.
— Как ты думаешь, он с твоими богами или с моим?
— Это неважно. Его смерть на моей совести.
— На моей совести будет твоя смерть...
— Пусть так.
Ты считал себя слабым и противоречивым, но для меня ты всегда был бесстрашным, потому что ты осмелился спросить.
Я рад, зная, что Один готовится к пиру. Вскоре я буду пить мёд из витых рогов. Герой идущий в Вальха́ллу не скорбит о своей смерти... я войду в зал Одина без страха, и там... я буду ждать своих сыновей. И когда они придут... я буду наслаждаться историями об их победах. Отцы поприветствуют меня. Я иду на смерть без сожалений, и я приветствую валькирии, которые унесут меня домой.
— А на самом деле, почему ты уходишь?
— Потому что ты не думаешь, что я смогу выжить.
— Большая честь видеть тебя вновь, Рагнар Лодброк.
— Не каждый саксонец с тобой согласится.
— Я не каждый саксонец.
— Почему Флоки должен быть наказан? Он всего лишь убил христианина.
— Дело не в христианах или вере, а в преданности и доверии. Тебе не понять.