Сочинение верлибра — как игра в теннис без сетки.
Стих начинается с комка в горле, чувства беды, тоски по дому, тоски по любви.
Сочинение верлибра — как игра в теннис без сетки.
Я знаю, поздно или рано
Помру под бременем грехов.
Но все мои былые раны
Живут под именем стихов.
Я узнавал,
время лечит лишь мнительных.
Тех, кто придумал, «что жить не сможет».
Их, как итог,
что не удивительно,
старые чувства потом не тревожат.
Есть ещё те,
кто любил «хронически».
Кто однолюб
и болел без прикрас.
Тех «доктор-время» не лечит,
фактически.
Их «лечит» смерть,
вместе с чувствами,
враз!
Мои стихи не несут сакральный смысл.
Я худее Вас, но не вмещаюсь в телевизор.
Как Вы и мои тексты, только курам на смех.
Всё потому что, курицы, писал я не для Вас их.
Много счастья и много печалей на свете,
а рассветы прекрасны,
а ночи глухи...
Незаконной любви
незаконные дети,
во грехе родились они -
эти стихи.
Так уж вышло, а я ни о чем не жалею,
трачу, трачу без удержу душу свою...
Мне они всех рождённых когда-то милее,
оттого что я в каждом тебя узнаю.
... в названии зашифрована отсылка к древней угугландской традиции писать стихи на мокром песке, причем последняя строчка должна быть дописана прежде, чем высохнет первая.
Но разве покорна душа
Измене, что в мире творится?
Но разве согласна она
В опавшие листья зарыться?
И лето пройдет, и любовь,
Но с этим вовек не смириться.
Каждый из нас может писать стихи,
Но не каждый может вложить в них смысл
И искренность своей души.
Святейшее творенье моря и песка,
В руках моих мила и так близка.
Владея её, я мотыльком летел
К невинному огню, сто в ней горел.
Отзывчивое тело, нежный стан,
Наш негасимый страсти ураган.
И губ её ответ – хмельной дурман.
Сюжет нашей любви уже воспет,
Но не закончен сей еще сонет.
Любовь – продленья жизни эликсир,
И пусть тот день – лишь все, что дал нам мир,
Он — счастье, придающее мне силу,
Я счастье унесу с собой в могилу.
Ах да, и вправду, стихи, чертовски
забавная штука, когда на тебя обрушивается
вся тяжесть этого мира.