По-моему, все должны нравиться всем.
Наверное, у всех красавиц одна слабость: стоит не ответить на их призыв, как они начинают западать на тебя больше и больше.
По-моему, все должны нравиться всем.
Наверное, у всех красавиц одна слабость: стоит не ответить на их призыв, как они начинают западать на тебя больше и больше.
— Ты полюбился его величеству.
— Можно сказать и так. Он всего дважды грозил обезглавить меня.
— Ты мне очень нравишься!
— Ты тоже мне нравишься.
— Но я не знаю, что делать с теми, кто мне нравится, кроме как трахнуться или нажраться.
Любовь — она, братец, штука тонкая. Понимаешь, само чувство любви уже сопряжено с некими внутренними обязательствами по отношению к тому, кого ты любишь, а именно с чуткостью и бережливостью. Ты поневоле вынужден относиться к любимому, особенно если стремишься завоевать его доверие и развить в нём ответную симпатию, как к хрупкой хрустальной вазе.
— Она тебе нравится?
— Мне нравится «Принглс». А эта девушка... она поразительная. Это любовь всей моей жизни.