Любой, кто полагает, что солнечный свет — это чистое счастье, никогда не танцевал под дождем.
Слова – мощные инструменты. Они могут разрушать и строить. И мы каждый день обладаем этой силой.
Любой, кто полагает, что солнечный свет — это чистое счастье, никогда не танцевал под дождем.
Слова – мощные инструменты. Они могут разрушать и строить. И мы каждый день обладаем этой силой.
Ведь дело-то не во тьме. Тебя возбуждает её содержание.
Отблески разума наполняют темноту особенной материей: личные переживания, желания, суждения, ожидания. Там всё складно и логично, пахнет гарденией и не таит вреда. Каждая мелочь на месте, люди живы, а легкие чисты. Планета не вращается, оттеняя твой материк, времени и вовсе не существует. Тонкая настройка фантазии.
Настолько тонкая, что нить оборвётся, если кто-нибудь включит свет.
Кто-нибудь всегда включает свет.
И эти эдемы рассыпаются осенью, оставляют в парализующем замешательстве тебя, твой мрачный мирок и всех его насекомых.
Потому что кому-то всегда темно. Как днём.
Кварталы ночью сияют, как днём.
Весь этот город пылает огнём.
Он загорелся от этой искры,
Сияй и ты!
Тьма, в которой мы плаваем, есть порождение горькой исторической случайности; но так как ныне, благодаря новейшим исследованиям, можно эту случайность по косточкам разобрать, то и причины, ее породившие, нельзя уже считать неустранимыми. Тьма — совершившийся факт, а свет — чаемое будущее. И будет свет, будет!
Жить, от восторга светясь, — это вовсе не глупость.
Глупо – завидовать вместо восторга и света.
Глупо бы было всю нежность подальше засунуть
И отправлять без эмоций пустые приветы.
Глупо – придумывать чувствам чужие названья.
Стыдно – себя обмануть и себе же поверить,
В рамки приличий засунув переживания,
Свет и душевность фальшивою меркою мерить.
Свет живет во всем вокруг и во всех нас. Можешь заслонить его, можешь даже попытаться запереть его. Но он всегда найдет выход.
— Слабоват огонёк, таким путь не осветишь.
— Не скажи. Если каждый из нас зажжет по спичке — света будет на полнеба...