— Сэндвич с яйцом и кресс-салатом, Мэйсон?
— Что это такое? Я думал, это крошка хлеба, окруженная зубочистками.
— Вероятно, ты предпочтешь что-нибудь из того, что принес сам? Я всегда могу отрезать тебе кусочек от «ничего».
— Сэндвич с яйцом и кресс-салатом, Мэйсон?
— Что это такое? Я думал, это крошка хлеба, окруженная зубочистками.
— Вероятно, ты предпочтешь что-нибудь из того, что принес сам? Я всегда могу отрезать тебе кусочек от «ничего».
— Фишка в том, что мне платят за каждого, кто минет двери клуба.
— Ему платят за минет?
— Ему платят за количество людей, что он приглашает в клуб!
— Ааа... Гораздо скучнее!
— Стюарт, еще в те далекие времена, когда мы... Ты уже знал тогда, что ты...?
— Боже, да! Мне пришлось представлять, что ты Грегори Пек.
— Как мило! Ведь он мне всегда нравился!
Я должна бежать на заседание клуба противников ветчины. Сегодня боремся против ветчины на железной дороге.
— А себе что-нибудь выбрали?
— Не-а, — печально сказала Полина. — Пива Тед не нашёл, а шоколад весь белый.
— Я думал, ты и белый любишь.
— Люблю. Когда он такой с самого начала, а не по жизненным обстоятельствам.
— Гвиздо, они очень питательны!
— Да, твёрдые, как камни, а на вкус — как драконье дерьмо.
Суп из орхидей был столь же прекрасен на вид, сколь и пресен на вкус. Налюбовавшись им вволю, делать с ним было больше нечего.
— Минутку... А что, в Канаде нет американского сыра?
— Есть, но он называется «Плавленный сыр».
— А на вкус такое же дерьмо?
— Да. В целом, да.