Джон Лаббок

Другие цитаты по теме

Немцы в таких размерах не воруют, им удивительно, что можно так беззаветно воровать. Нам тоже удивительно, но — воруем.

— Ты даже не удосужилась позвонить, не сообщила, где находишься... а сама шлялась с крашеным блондинчиком, косящим под гота! В «Адском Логове» подцепила? Я три дня с ума сходил, боялся, что ты погибла.

— Я не шлялась! — Клэри подумала с облегчением подумала, что в сумерках её покрасневшие щёки не заметны.

— Между прочим, цвет волос у меня натуральный — добавил Джейс. — Для сведения.

Зубрила восстаёт против издевательств. Похороны в среду.

— Ты не можешь просто взять и вытянуть меня из неоткуда! Ты думаешь, что я какой-то херов клоун?

— Возможно.

Юмор – первое, что теряется в переводе.

— Сволочь ты все-таки, — задумчиво протянула я.

Уныние в голосе оборотня мгновенно сменилось на сдержанный смех.

— На том стоим, солнышко.

— И уши у тебя холодные, — тем же задумчивым тоном продолжила я.

— Теплые! Хвостом клянусь!

— Не верю!

— Мой хвост! Я смертельно оскорблен!

Я делаю пародии на людей известных, популярных, а они почти все люди умные.

Наверное, было бы ошибочным полагать, что существует некий предел ужаса, который способен испытать человек. Наоборот, создаётся стойкое впечатление, что кошмар нарастает в геометрической прогрессии, когда тьма всё сгущается, ужасы множатся, одно несчастье влечёт за собой другое, ещё более страшное и безысходное, пока тебе не начинает казаться, что весь мир погрузился во мрак. И, может быть, самый страшный вопрос в данном случае таков: сколько ужаса может выдержать человеческий рассудок, оставаясь при этом здоровым и твёрдым? Понятно, что в самых ужасных событиях есть своя доля абсурда в стиле Руба Голдберга. В какой-то момент всё начинает казаться смешным. Видимо, это и есть та поворотная точка, когда чувство юмора принимается восстанавливать свои позиции.

Ну можно ли представить мир без шуток?!

Да он без шуток был бы просто жуток!..

Когда на сердце холод, страх и тьма -

Лишь юмор не дает сойти с ума!..