Зубрила восстаёт против издевательств. Похороны в среду.
Не представляю, как можно жить в этом мире, если не умеешь постоянно смеяться над собой.
Зубрила восстаёт против издевательств. Похороны в среду.
Не представляю, как можно жить в этом мире, если не умеешь постоянно смеяться над собой.
— Санта, что ты читаешь?
— Теорию относительности...
— А почему ты грустный?
— У Санты нехорошие анализы.
Мэгги держит плакат с надписью: «Остановите меня до того, как я снова попытаюсь убить своего отца».
На плакате Гомера написано: «Запретите жестокие мультфильмы. В следующий раз мне вряд ли повезёт».
— Ты притащил нас сюда попрошайничать?
— Сынок, когда ты попрошайничаешь у друзей, это называется халява.
Немцы в таких размерах не воруют, им удивительно, что можно так беззаветно воровать. Нам тоже удивительно, но — воруем.
— Ты даже не удосужилась позвонить, не сообщила, где находишься... а сама шлялась с крашеным блондинчиком, косящим под гота! В «Адском Логове» подцепила? Я три дня с ума сходил, боялся, что ты погибла.
— Я не шлялась! — Клэри подумала с облегчением подумала, что в сумерках её покрасневшие щёки не заметны.
— Между прочим, цвет волос у меня натуральный — добавил Джейс. — Для сведения.