— Ты меня простишь?
— Я создан для того, чтобы прощать тебя...
— Ты меня простишь?
— Я создан для того, чтобы прощать тебя...
[Барт, Лиза и Милхаус спасаются от разъяренных детей. Милхаус спотыкается и падает]:
— Спасайтесь! Дальше бегите сами! А меня... Несите!
— Какая ты ещё девочка… Ну что ж, оставайся. Конечно, оставайся. И вот что… Поговорим откровенно. Я хочу, чтобы ты поняла, что ничего не теряешь. Для тебя даже хорошо, что я сматываюсь… Мы с тобой разные, как сосна и берёза. Ты вся какая-то голубая, розовая и… глупая. Поговорим откровенно. Я с тобой никогда не говорил откровенно. Я обманывал тебя. Виноват, конечно… впрочем, все мы друг перед другом виноваты… Сейчас, на прощанье, я хочу признаться тебе в том, что я люблю себя. Люблю самого себя — и это самая искренняя моя привязанность.
— Лимбо любят даже дети,
— Трали-вали все на свете.
— Мы танцуем лимбо-рок.
— Трали-вали лимбо что-то.
Всегда прощайте своих врагов, ничто не раздражает их так сильно.
(Прощайте врагов ваших – это лучший способ вывести их из себя.)
Притворное прощение — притворяясь, будто вы не сердитесь по какому-то поводу, когда на самом деле сердитесь, — вы не столько прощаете, сколько подавляете свой гнев. Это — форма самоотрицания. Таким образом, вы позволяете окружающим обращаться с вами как с тряпкой. Такое поведение обычно происходит из боязни не простить, из страха быть отвергнутым или из убеждения, будто проявлять гнев недопустимо.
— Укус на счастье! Почеши и загадай желание!
— Что-то мне не хорошо... Отвези меня в больницу.
— Наконец делаем то, что я хочу!
— Я могу остаться в прошлом и отравить себе существование ненавистью к людям за то, что они сделали, как поступил мой отец, или же простить их и больше о них не вспоминать.
– Но это так трудно!
– Нет, моя радость, наоборот, это намного легче. Тебе надо простить всего один-единственный раз. А ненависть нужно подпитывать постоянно, изо дня в день. Нужно все время помнить все плохое, что было сделано.
— Я не хотел срываться на тебя. Прости.
— Ты прощён. И ещё ты прекрасно извиняешься.
Конечно, папа сделал в жизни много хорошего, но теперь он состарился, а старые люди абсолютно бесполезны.
— Некоторые вещи невозможно простить.
— Почему нет? Если человек изменился...
— Те, кто прощают, тоже должны измениться.