— Да уж, правду говорят, что еда это зло. Делает людей ленивыми. Делать ничего не хотят, лишь бы поспать.
Тайрин расплылся в улыбке, глаза сыто блестели:
— А раз вы нас накормили, значитца, вы – главный злодей!
— Да уж, правду говорят, что еда это зло. Делает людей ленивыми. Делать ничего не хотят, лишь бы поспать.
Тайрин расплылся в улыбке, глаза сыто блестели:
— А раз вы нас накормили, значитца, вы – главный злодей!
— Минутку... А что, в Канаде нет американского сыра?
— Есть, но он называется «Плавленный сыр».
— А на вкус такое же дерьмо?
— Да. В целом, да.
Суп из орхидей был столь же прекрасен на вид, сколь и пресен на вкус. Налюбовавшись им вволю, делать с ним было больше нечего.
— А себе что-нибудь выбрали?
— Не-а, — печально сказала Полина. — Пива Тед не нашёл, а шоколад весь белый.
— Я думал, ты и белый любишь.
— Люблю. Когда он такой с самого начала, а не по жизненным обстоятельствам.
— У вас случайно колбасы с собой нет?
— Есть, только докторская.
— Была докторская, стала — любительская.
— Может, пойдем в другое место?
— А ты поесть не хочешь?
— Хочу, но здесь же цены сумасшедшие.
— Да, знаю, поэтому я принес сэндвичи.
— Эээ... нельзя со своей едой...
Когда думаешь об еде, то на душе становится легче, и Тетка стала думать о том, как она сегодня украла у Федора Тимофеича куриную лапку и спрятала ее в гостиной между шкафом и стеной, где очень много паутины и пыли. Не мешало бы теперь пойти и посмотреть: цела эта лапка или нет? Очень может быть, что хозяин нашел ее и скушал.
— Между прочим, в ней (в пасте) крокодильи яички. Очень питательно.
— А я и не знал, что у крокодилов есть яички, — сказал профессор самых современных рун.
— Больше нет, — заметил слугобраз Шноббс.
— Ты молод и силен, — Старый Дон поправил пенсне, – кроме того, в твоих глазах светится ум, явно превосходящий возраст. Ты можешь многого достичь… но в ином месте. Деревня полюбила тебя, как одного из нас. Но канон…
Будет лучше, если ты сможешь стать кем-то, а не прожить всю жизнь на одном месте, закопав свои умения. Пока нет возлюбленной и детей, можно увидеть мир, что-то сделать для него. Ты помог нам с урожаем – это уже многое. Но держать тебя здесь ради нашей выгоды – значит, закопать твои таланты в крестьянской судьбине, а это в высшей степени нечестно.