Иллюзии справедливости и равенства продолжают отравлять мозги, люди не задумываются о том, что все пламенные революционеры рано или поздно приходят к мечте о диктатуре.
Забалтывается в трескучих словесах истина о том, что создание богатства — благо, и неравенство — благо, ведь это соревнование в успехе и достатке. Что равенство возможно только в нищете, а оттуда рукой подать к лагерным баракам и террору.
Гордый взгляд из-под чёрного берета, смоляные кудри… Во всём мире тоннами продаются майки с портретами команданте. И молодняк, и стареющие леваки, мнящие себя юными бунтарями, напяливают их, не ведая, за что они произвели Че в кумиры. Его обожание питается исключительно невежеством и инфантильной романтикой протеста. А что Че Гевара сделал, помимо того что вместе с братьями Кастро искалечил Кубу?
Джордж Оруэлл в своем «Скотном дворе» абсолютно прав. Революция начинается под лозунгом «Все животные равны». Но едва она побеждает, свиньи захватывают власть на ферме, и лозунг теперь звучит так: «Все животные равны. Но некоторые животные равны более, чем другие». Революция за равенство для всех неизменно завершается установлением диктатуры меньшинства.
Три понятия — Свобода, Равенство, Братство, вышедшие из духовного источника, — Французская революция свела к одной плоскости; это было материалистическим искажением и закономерно привело к социальному хаосу, в котором мы теперь находимся. Ибо эти три идеи принадлежат трем различным областям жизни: свобода — духовной жизни, равенство — государственно-правовой, братство — экономической.
Революции следует совершать каждый день и час, чтобы не скорбеть о крайностях, сопровождающих революции.
Львы взяли слово, когда, собравшись на совет, зайцы потребовали для всех равноправия.
Знаешь, за что я ненавижу больше всего большевиков? Всю эту левую шатию революционеров-новаторов… Есть в них какое-то скопчество, какая-то бесчувственность. Ты вспомни их лица. Кастраты! Переделывают жизнь те, кто ни черта в ней не смыслят, кому любить не дано. Ведь это как с женщиной, если любишь, так вот — всю, со всеми её слезами, истериками, с толстыми ляжками. А эти любят идеал, идею. Го́спода подправляют.
Если ты допустишь контрреволюцию внутри, ты погиб, всё погибло, дело погибло, миллионы погибших погибли зря; вот тогда идёт внутренняя борьба. Репрессии 30-ых годов — это продолжение гражданской войны, классовой борьбы, которая в таком отсталом государстве, как Россия, не вестись не могла. Было огромное количество людей, которые в силу своего развития, в силу своей производственной ассоциации не могли принять и согласиться с теми переменами, которые происходили.
Cлайд с цитатой