Чиполлино (1973)

— Я приглашал детских врачей, все они в затруднении. Только доктор Каштан сказал... Доктор Каштан считает, что граф Вишенка не болен, просто у него меланхолия.

— Это ещё что такое?

— Это тоска, печаль. Доктор Каштан считает, что у ребёнка должны быть товарищи, по этому рецепту, он должен ходить в школу. «Ничего не болит у больного, пульс в порядке и сердце здорово, не больна у него селезёнка. Одиночество губит ребёнка».

— Вот так лекарство! Граф на одной парте с какими-то там редисками, да никогда! Пусть лучше носит очки, которые ему достались, в наследство, от дедушки Вишни и тогда будет видеть всё так, как надо. Вот за этим и проследить.

0.00

Другие цитаты по теме

— Ты опять без очков. Иди, решай задачи.

— Я уже всё решил.

— Иди решай другие.

— У меня болит голова.

— Голова болит, слишком много думаешь. Перестань думать и меньше будет расходов на лекарства.

— Вот всегда так.

— И ещё потому же ты опять не носишь очки.

Лишь тот, кто не боится заблудиться

В лабиринтах чувств, найдет дорогу к раю.

Где под луной влюбленные вдвоем мечтают,

Гуляя вечером в тиши садов прекрасных слов.

А мы живем в долине каменных цветов,

Где сами себе судьбы пишем, слов не выбирая.

И ждем, пока средь бесконечной грязи под ногами,

Не откопаем мы ключи от наших снов!

... хуже любого голода, любой жажды, безработицы, неразделенной любви, горечи поражения — хуже всего этого знать, что ты никому, совершенно никому в этом мире не нужен.

I’m lonely and I’m looking for a place to go,

Where everything’s an embrace and everybody wants to know.

Несдобровать тем мальчикам, которые отрываются от своих занятий и смотрят на мух. С этого начинаются все несчастья: за одной мухой идёт другая, потом третья, четвёртая, пятая... Потом эти мальчишки начинают пялить глаза на пауков, кошек и всех прочих животных, и, конечно, забывают готовить уроки. А тот, кто не готовит уроков, не может быть благонравным мальчиком, а неблагонравному мальчику не бывать благонадёжным человеком. А неблагонадёжные люди, рано или поздно, попадают в тюрьму. Итак, Вишенка, если ты не хочешь окончить свои дни в тюрьме... Эх, не смотри больше на мух и иногда, всё таки, надевай очки

Бывает, разумеется, меланхолия клиническая, на которую иногда еще можно воздействовать лекарствами; но есть и другая, подспудно присутствующая в нас даже в моменты бурного веселья и сопровождающая нас повсюду, ни на миг не оставляя в одиночестве. Ничто не в состоянии освободить нас от этой пагубной вездесущности: она стала нашим «я», навсегда застывшим перед лицом самого себя.

Мы рождаемся тет-а-тет

с одиночеством, с Богом, с миром.

И всю жизнь с темноты на свет

путешествуем, копим силу.

Для чего и зачем? Ведь мир

равнодушен к своим твореньям.

Умираем – опять одни,

будто не было погружений,

страхов, поисков, лиц, сердец,

и эмоций, и чувств, и планов…

За спиной – темнота и лес,

впереди – пелена тумана.

– Так значит, зло чаще всего появляется из–за… одиночества?

– Да. Вспомни сказки. Там все злодеи и негодяи… оказывались одинокими. Рядом с ними никого не было. Поэтому им пришлось сражаться в одиночку. Но знаешь… они заслуживают уважения. Потому что все же боролись, потому что не сгинули в пучине чужой злобы или равнодушия. Последнее – тоже очень опасная вещь. Ведь одинокими злодеи порой становятся не только из–за жестокости, но и из–за безразличия других к их судьбе. Но эти выживают куда легче, ведь равнодушие – не ненависть.

Сделай мне больно, сделай смешно, сделай мне холодно, сделай тепло.

Сделай так, чтобы я снова мог чувствовать что-нибудь.