— Можно я тебе на судьбу пожалуюсь? Танго уж больно красивое.
— Валяй.
— Мне не надо было звать тебя сюда. Не надо дружить с Клавой, не надо делать того, что я делаю, но не могу не делать.
— Понятно.
— Еще бы. Ты понятливый.
— И давно ты у Клавы на посылках?
— Ненаблюдательный человек, Лавров. При всех твоих выдающихся способностях. Нас с Клавой объединяют общие интересы.
— Это какие же?
— Любовь к тебе.
— Я люблю тебя, Таня.
— Так не бывает.
— Бывает.
— Ты всю жизнь будешь любить Клаву...
— Так не бывает.
— Бывает.
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
Пьян! Разве я на это жалуюсь когда-нибудь? Кабы пьян, это бы прелесть что такое — лучше бы и желать ничего нельзя. Я с этим добрым намерением ехал сюда, да с этим добрым намерением и на свете живу. Это цель моей жизни.
— В Сент-Луисе вывесили ордер на твой арест. Теперь ты есть в базе данных ФБР.
— Теперь я популярен как Дилинджер!
Эш: Я хочу такой же любви, как у них, когда-нибудь.
Фредди: Где этот унылый кусок говна?
Стюарт (входит с покупками): Я здесь, ты, труп ходячий!
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…
Cлайд с цитатой