Увижу его под крышей, в невыглаженной рубашке.
Он стал одиноким дядей и, кажется, только пил...
Ты сделай, Господи, правда, как было уже однажды.
Ему ведь не хватит время, и может быть, даже сил!
Увижу его под крышей, в невыглаженной рубашке.
Он стал одиноким дядей и, кажется, только пил...
Ты сделай, Господи, правда, как было уже однажды.
Ему ведь не хватит время, и может быть, даже сил!
Я сохну по ней весь век, томлюсь и тоскую
И все-таки полюбить не в силах другую.
Она в небесах луна; прославлен всевышний,
Создавший ради меня мою дорогую.
Когда любовь моя — грех, не чаю спасенья;
Лишь бога благодарю за кару такую.
Я болен из-за нее, не знаю покоя
И только любви весь век всем сердцем взыскую.
Я слышал стих от нее и крепко запомнил
Слова, чтобы повторять, пока существую:
«На этой земле понять влюбленного может
Лишь тот, кто изведал сам любовь роковую».
Отсюда явствует, что истинной ставкой в этой партии, которую два могущественнейших королевства разыгрывали по прихоти двух влюбленных, служил один благосклонный взгляд Анны Австрийской.
Читаю вслух, допивая кофе.
Устал от снега холодный май.
Я помню с детства, что если плохо,
То выйди к морю, и погуляй.
Мы были, может быть, неразлучны.
Как птицы гордо стремились ввысь.
Ты помнишь с детства, что если скучно,
То выйди к людям, и улыбнись.
Do you remember once upon a time
When you were mine?
The stars above were bright and new.
I pulled them down for you,
Just when I fell in love again.
— Значит... Всё это время, я думала, что защищаю тебя. А выходит, что ты защищал меня.
— Я только это и хотел делать, с тех пор, как впервые увидел тебя.
Влюбленные встречались, как ведется,
у памятников, парков и витрин,
и только я, шатаясь где придется,
среди свиданий чьих-то был один.
Я шел, как будто был куда-то позван,
и лишь в пути задумался – куда?
Пойти в театр – уже, пожалуй, поздно.
Домой? Домой не поздно никогда.
Причина, почему влюбленные никогда не скучают в обществе друг друга, заключается в том, что они постоянно разговаривают о самих себе.
И мы заулыбались. Так улыбаются не то чтобы влюблённые, а скорее «не отрицающие существование любви».