Влюблённость, ты похожа на пожар.
А ревность — на не знающего где
горит и равнодушного к воде
брандмейстера. И он, как Абеляр,
карабкается, собственно, в огонь.
Отважно не щадя своих погон,
в дыму и, так сказать, без озарений.
Но эта вертикальность устремлений,
о ревность, говорю тебе, увы,
сродни — и продолжение — любви,
когда вот так же, не щадя погон,
и с тем же равнодушием к судьбе
забрасываешь лютню на балкон,
чтоб Мурзиком взобраться по трубе.
— Антуан всё время повторяет, что ревновать — значит отказывать другому в доверии, а это смешно и унизительно.
— Ну ладно, я немного ревную, — признался он, — но не больше положенного. Если совсем не ревнуешь, значит, ты не очень влюблён.
Подружки мои, не ревнуйте,
К тому, кто в меня влюблён.
Подружки, я не виновата,
Что вас не заметил он.
Как хорошо, что некого винить,
Как хорошо, что ты никем не связан,
Как хорошо, что до смерти любить
Тебя никто на свете не обязан.
Знаешь, чем прекрасен сегодняшний день? Сегодня мне выпал шанс влюбиться в тебя еще раз.
Она не верила, что можно влюбиться вот так – сразу, нырнуть с головой в неизвестность, при этом радоваться, что не видно дна.
Всякий влюбленный слегка ненормален. Любовь вообще безумна. Это некая форма социально принятого сумасшествия.
Однако в ВВС
ужасно уважается невинность,
возводится в какой-то абсолют.
И этот род схоластики виной
тому, что она чуть не утопилась.
Нашла уж мост, но грянула зима.
Канал покрылся коркой ледяной.
И вновь она к прилавку торопилась.
Влюблённость — это тоже вид рабства, глупость, как подумаешь, просто помешательство. Превращать другого человека в Бога. Не может это быть хорошо.
Cлайд с цитатой