Почти семнадцать (The Edge of Seventeen)

Не хочу отнимать у Вас много времени... но я решила покончить с собой. Я просто подумала, что кто-то должен знать. Я не знаю, как это сделаю. Наверно, спрыгну с эстакады под полуприцеп или фуру, но не под автобус: я не собираюсь быть сволочью, заставляя людей смотреть. Но машина должна быть большая, настолько большая, чтобы – раз! – и я мертва. Занавес. Потому что, если это меня просто покалечит и я стану типа [показывает овощ], то кому от этого станет лучше? Тогда мне придётся найти сиделку, чтобы она задушила меня. Но как я попрошу задушить меня, если я [показывает овощ]? Не будем вдаваться в подробности: я просто подумала, что взрослые... Вы должны знать.

0.00

Другие цитаты по теме

– Здрасте!

– Занят!

– Простите, что отнимаю время, но я покончу с собой… Решила, вот, пусть взрослые знают.

– Ух ты… Ты представляешь, я как раз писал свою предсмертную записку… Я счастлив лишь тридцать две мимолётные минуты в обед, которые снова и снова ворует у меня одна и та же ученица с кошмарным вкусом в одежде. И я решил, что предпочитаю всему этому вечный покой.

– Я даю халявщикам год, чтобы оплакать мёртвых и умирающих.

– Вы серьёзно?

– У тебя ещё будет возможность: твои бабушка и дедушка не вечны.

А знаете, я не стану скрывать и скажу вам почему я обедаю с вами.

Видите ли, на данный момент у меня нет друзей и если откровенно то они не больно мне и нужны, всё моё поколение сплошные идиоты, чуть ли не в обморок падают, если хоть на секунду отнять у них телефон, не могут общаться без эмотиконов и всерьёз считают, что миру интересно знать, что они «Едят Тако, восклицательный знак, смайлик, смайлик». Будто нам это важно?

Я за всё старое, люблю старую музыку, старые фильмы и даже старых людей. Короче говоря, у меня нет ничего общего с ними, а у них нет ничего общего со мной.

– Вы вылетите отсюда, когда я на самом деле сделаю это!

– Ну, не факт, но помечтать можно.

– У тебя какие-то проблемы, Надин?

– Дофига. У меня больше не осталось друзей.

— Безумие – это гибкая пуля. – сказал редактор. – Эта фраза, вернее, образ «гибкой пули» взят у Марианны Мур. Она воспользовались им, описывая какую-то машину. Но мне всегда казалось, что он очень хорошо описывает как раз состояние безумия. Это нечто вроде интеллектуального самоубийства. По-моему, и врачи теперь утверждают, что единственное истинное определение смерти – это смерть разума. А безумие – это гибкая пуля, попадающая в мозг.

Жизнь, если считать, что она не имеет никакого значения и цели, должна прежде всего доказать, что не зовёт к самоубийству.

— Самоубийство — признак слабости, это известно тебе? Поэтому человечество исстари не уважает самоубийц.

— Даже Маяковского?

Невелика месть, невелика заслуга — повеситься на воротах дома обидчика.