Костюмы её должны были быть настолько неудобными, чтобы я постоянно могла ощущать эту черту королевы. Они были как бы напоминанием о том, что причинение боли и неудобства — это единственная возможность для неё вообще что-то чувствовать.
Я не склонен особо много рассуждать о том, что я делаю. Проститутки ведь тоже не приходят домой, чтобы сказать: «Милый, сегодня на работе я отсосала так, как не делала ещё никогда».
Больше всего нервируют поцелуи актрис. Никогда не знаешь – это всерьез или только для практики?
— Ты серьезно не в курсе? Беспросветных дебилов играть нельзя.
— В смысле?
— Ну хорошо. Дастин Хоффман, «Человек Дождя». Выглядит отсталым, но не отсталый. Мухлюет в карты. Аутист, стопудов. Не придурок. Том Хэнкс, «Форрест Гамп». Медленно соображает, да, отсталый, но Никсона очаровал и турнир по пинг-понгу выиграл. Значит не отсталый. Питер Селлерс, «Садовник», инфантильный, да. Отсталый, нет. А ты сыграл отсталого тупаря. Нельзя играть отсталого. Думаешь гоню? Спроси Шона Пенна, фильм «Я – Сэм». Сыграл окончательного отсталого, остался без Оскара.
Нет у меня никакой особой техники игры. И я даже никогда не верил в подобные вещи. В актерстве нет правил, я играю на чистых инстинктах.
Я читала книги и переносилась в другой мир у себя в голове. Я люблю актерство из-за визуализации персонажей и способности найти связь между воображением и реальностью.
Некоторым актерам потрясающе хорошо удается смерть. Ведь это так сложно — остановить дыхание, когда в любой момент у тебя может зачесаться нос. Когда я умираю на сцене, я предпочитаю умирать за диваном. Или просто — в темном уголке.
Я растерялся, потому что я играл всех этих персонажей, а когда мне надо было играть себя, я спросил у режиссера: «Которого меня?»
Cлайд с цитатой