Больше всего нервируют поцелуи актрис. Никогда не знаешь – это всерьез или только для практики?
Поцелуй — это первобытная форма, выражающая желание укусить, и даже больше того — сожрать.
Больше всего нервируют поцелуи актрис. Никогда не знаешь – это всерьез или только для практики?
Поцелуй — это первобытная форма, выражающая желание укусить, и даже больше того — сожрать.
Это наш второй серьезный поцелуй и первый настоящий. Тот, что случился вчера, был соткан из чувств обиды и мести – фальшивка. А сейчас – настоящий. Бред жадно, страстно и, в то же время, нежно впивается в мои губы подобно тому, как заглатывал бы воздух человек, который долгое время провел под водой и изголодался по кислороду. Я его кислород, и он меня выпивает...
Красивых – мало. Талантливых сколько угодно, а вот красивых и талантливых одновременно – днем с огнем не найдешь.
Мне 43 года. Почти 35 из них я играю в кино. Но я по-прежнему не могу уснуть накануне начала съемок. Костюмерам приходится приклеивать прокладки к моим подмышкам, потому что я потею так сильно, что выскальзываю из одежды. Первые три недели я только потею. Сплошные нервы. Обожаю это.
Птицы дерутся, как актрисы из-за ролей. Актриса хвастала безумным успехом у аудитории. Она говорила: «Меня рвали на части!». Я спросила: «А где вы выступали?». Она гордо ответила: «В психиатрической клинике».
— Лучше подари ей эти цветы — они красивые.
— Ха, что за ерунда, эти цветы мне ни к чему. Я сорву вон те. Узнав, что ради них я рисковал своей жизнью — она меня поцелует.
— И тогда ты превратишься в принца?
— Вот именно. Можно сказать тебе, в чем проблема?
— Советы простолюдинов мне ни к чему.
— Как хочешь.
— Цветы, поцелуй, внимание! Цветы, поцелуй, внимание! [Жан-Прыг с помощью тростинки начинает перепрыгивать ров с крокодилами]
— Вот интересно, как ты вернешься обратно?
Мне приснилось, что ты поцеловал какую-то девушку, а затем я поцеловала её – просто чтобы успеть почувствовать твои губы...
В театре небывалый по мощности бардак, даже стыдно на старости лет в нем фигурировать.