Накарите Натинкуль

Другие цитаты по теме

Я ласкал твою шейку ногтиком,

Поливал твое тельце дождиком.

Я кормил тебя десертом с вилочки,

Я заштопал на твоем белье все дырочки!

Но ты!

Ты, ты кинула, ты!

Ты, ты кинула, ты!

Ты, ты кинула, ты!

Ты, ты, ты!

Вам не нужна любовь моя,

Не слишком заняты вы мною,

Не нежность, прихоть вашу я

Признаньем страстным успокою.

Нет, я к тебе не остыла... остыть – невозможно,

как там обычно твердят – ты введен мне подкожно?

Знаю, звучит слишком пафосно, только на деле:

я без тебя – не хочу, не могу, не умею...

Нет... я к тебе не остыла... давай по-другому?

Мне не хватает тебя, чтобы выйдя из дома,

взгляд твой родной не искать в каждом встречном прохожем...

я же к тебе прикипела: сильней – невозможно...

Я же готова как кошка — к ногам, на колени,

тихо урчать, когда гладишь рукой еле-еле...

Я же готова... а ты? Ты готов? Без ответа...

вроде – большой, всё решаешь, но... только не это.

Даже твое «не люблю» не звучало б обидней,

чем тишина, за которой не слышно, не видно,

и не понятно – тебе я нужна в самом деле,

или от случая к случаю... так... для постели?

Нет, я к тебе не остыла... к тебе – невозможно!

Ты приходи... хочешь – чаще? Мне это не сложно...

я – твоя кошка... я жду, как обычно, в прихожей...

ты приходи, как соскучишься... или как сможешь...

Я знаю муки безнадежной любви, друг мой, я испытала их все одну за другой, и ничто на земле не сравнится с горечью отвергнутого чувства.

Ты можешь мир свой подарить,

В надежде, что тебе ответят.

Но людям часто «положить»,

На тех, кто им любовью светит.

Кити посмотрела на его лицо, которое было на таком близком от неё расстоянии, и долго потом, через несколько лет, этот взгляд, полный любви, которым она тогда взглянула на него и на который он не ответил ей, мучительным стыдом резал её сердце.

My friends keep telling me

Hey, life will go on,

Time will make sure i'll get over you.

This silly game of love

You play, you win only to lose.

И второй уже день

в сердце моем припрятано

горько-сладкое чувство собственного

ничтожества.

У моего душевного аккумулятора

сходит шестая кожица;

и под горлом разливаются стыд

и жжение,

мои флаги разорваны и приспущены.

Любовь для меня — истинное унижение,

как стрелять в лежащего

и безоружного;

как красть у нищего и бездомного,

объедать голодного

и отринутого.

Мои флаги приспущены и разорваны,

а душа — вывернута.