Простите, а можете сделать коктейль побольше, который способен стереть два года боли?
— Послушай, Зои, я хотел сказать, что не жалею об этом, что остановился тогда на дороге, не жалею!
— Нет?
— Нет!
— И что моя жизнь — катастрофа, это не только твоя вина.
— Правда?!
— Да, процентов так на 90. И как бы не нравилось винить тебя во всём произошедшем, я понимаю, что мне пора прекратить это.
— Значит, мы снова друзья?
— Мы можем быть знакомыми для начала.
— Да, согласна.
— Как бы я не хотел встречаться с тобой тем утром и никогда не писать эту песню! И как хотел бы я не подвозить тебя тогда!
— Да, и я знаю почему, потому что если бы ты не встретил меня, сейчас был бы счастлив в браке с Лэмон.
— Это не честно, Зои.
— ... И хуже всего, что все в Блубэлле знают, что со мной всё не так: когда я иду на свидание, все думают, что я разобью сердце очередной несчастной девушке.
— Ну, тебе с этим повезло..
— Нет! Знаешь, что ещё хуже?! Я даже не знаю, хочу ли я снова с кем-то встречаться, потому что я не позволю снова разбить себе сердце.
— Признаю, частично это моя вина.
Со всем тем надобно тебе знать, Панса, — заметил Дон Кихот, — что нет такого несчастья, которого не изгладило бы из памяти время, и нет такой боли, которой не прекратила бы смерть.
Я не умею полностью доверять человеку. Это, наверно, правильно. Доверие может убить, а недоверие лишь только ранить.
Я знаю, я должен сейчас радоваться. Я молод, почти. И здоров, тоже почти. Я жив. Я живу, дышу, и это просто чудо, как мне повезло. И тем не менее я ложусь спать, и меня гложет такое чувство, будто то, что я сделал мало, и каждое утро я встаю и думаю, что это чувство пройдет. А оно не проходит. Это делает меня эгоистичным неблагодарным уродом?
Здесь, на этом форуме, больше в чести рассуждения о всяких там инспекциях в Ираке или споры о пересадке органов... Мне же кажется, что подобные проблемы должны скорее волновать государственных мужей, нежели простых смертных. Ну а твоя проблема?! Ну да, я думаю, что тебе паршиво. А кому сейчас легко? Мне тоже бывает хреново. Но боль бывает разной. Одно дело страдать оттого, что америкосы бомбят Сербию, а другое — когда кто-то из твоих близких находится в коме. Вот ты пишешь, что хочешь с кем-то поговорить. Ну что ж, я дам тебе хороший совет: встань, оденься, выйди из своей каморки на улицу, познакомься с кем-нибудь и говори сколько влезет...
Внутри меня раздается непонятная боль. Боль прошлого. Такая боль возникает именно тогда, когда очень хочется что-то вернуть, но время оказывается намного сильнее нас и оно нам неподвластно.
Cлайд с цитатой