Пираты (Caraibi) (1999)

— Глазам не верю! Золото? Столько золота, верно, никто еще не видел. Горы золота!

— И ты такой же, как все. Блеск золота ослепляет тебя, мешает разглядеть.

— Что разглядеть?

— Пойми, золото здесь не имеет никакой цены. Ты заметил, что из него делают самые непритязательные предметы?

— А что еще? Что? Я вижу здесь какие-то рулоны ткани. Для чего они?

— Каждое семейство, начиная с истоков бытия, ежегодно приносят дары повелителю. Крестьяне и чиновники, торговцы и солдаты, распутницы и жрецы, все поданные должны были выткать полотно и дары их собирались и хранились в верховных кладовых. Вот здесь. Миллионы людей, тысячелетиями. Здесь летопись всего нашего народа.

— Клад?

— Битвы, урожаи, чертеж пирамиды, другой пирамиды, что так и не была построена, встреча двух влюбленных, перечень погибших от страшного землетрясения, молитвы богам, рецепты блюд, имена сыновей повелителя и сыновей гелекея — простого сапожника, цены на маис, прорицания, солнечные затмения за последние двадцать тысяч лет, порядок династий. Эти полотна поведают тебе всю нашу историю.

0.00

Другие цитаты по теме

События производят на воображение человека такое же действие, как время. Тому, кто много поездил и много повидал, кажется, будто он живёт на свете давным-давно; чем богаче история народа важными происшествиями, тем скорее ложится на неё отпечаток древности.

70 лет я был врагом своим, испачкан кровью,

Репрессирован, крылья свободы сломаны.

Молчу, втихую плачу, потом прощаю,

Я безволен, как раб. Я силён, как Бог!

И кто посмеет посягнуть на жизнь мою — того не станет,

Я и есть тот великий русский народ!

Вопрос: История говорит нам о множестве народов, которые после постигших их потрясений вновь вернулись в варварство. В чём в таком случае заключается прогресс?

Ответ: Когда твой дом грозит рухнуть, ты ломаешь его, чтобы построить из него более прочный и более удобный; но пока он не построен, не восстановлен, в твоём жилище царят беспорядок и неразбериха. Пойми ещё и то: ты был беден и жил в лачуге, но ты становишься богат и покидаешь её, чтобы жить во дворце. И тогда какой-то бедняк, каким был и ты, занимает твоё место в этой лачуге и ещё очень доволен, ибо прежде у него не было и этого. Так вот! Знай же, что духи, воплощённые теперь в этом выродивщемся народе, не те, что составляли его во времена его расцвета; те, что жили в нём прежде и были продвинуты, удалились в обиталища более совершенные и прогрессировали дальше, тогда как прочие, менее продвинутые, заняли их место, которое и они в свою очередь покинут.

Все на свете народы гордятся своей историей. Когда сложно, народы оглядываются назад, и становится немного легче. Только русские смотрят всегда лишь в будущее. У русских прошлого нет. Что-то напутано с нашей историей, а что — уже и не разберешься.

Помимо воли память воскрешает трагическую историю Армении конца XIX начала XX веков, резню в Константинополе, Сасунскую резню, «великого убийцу», гнусное равнодушие христиан «культурной» Европы, с которыми они относились к истреблению их «братьев во Христе», позорнейший акт грабежа самодержавным правительством церковных имуществ Армении, ужасы турецкого нашествия последних лет, — трудно вспомнить все трагедии, пережитые этим энергичным народом.

Мы летим вперед,

а глядим назад.

Какой раньше рай!

Какой раньше ад!

Мой родной народ,

оглянись вперед!

После распада Оттоманской империи граждане новоиспеченной Турции вдруг осознали, что они вообще-то белые люди, арийцы, а их далекими предками были шумеры и хетты. Некий ленивый британский офицер самовольно провел на карте Азии почти совершенно прямую линию — границу Ирака. Люди, ставшие неожиданно для себя иракцами, вскоре узнали от «авторитетнейших» историков, что являются одновременно потомками древних вавилонян и арабами, правнуками героических солдат Салах ад-Дина.

— Я давно сроднился со смертью. Не забывай об этом.

— То времена были другие, Злой Рок.

Чтобы свалить дерево, у него рубят корни. Чтобы уничтожить народ, у него отнимают память и его историю. Народ, забывший свою историю и своих предков, — мертвый народ, обреченный на вырождение.

Империи приходят и уходят, как морские валы.