империя

Вчера обсуждался вопрос: а чего им далась Россия? Вроде и население небольшое. Но они-то прекрасно понимают, что количество населения не имеет никакого значения. Все великие империи создавались очень малым числом людей. Монголы, римляне, испанцы, британцы... Я напомню, что и Москва, которая стала империей, ну сколько в ней было... Что-то другое в этом есть, то, что толкает. Я думаю, здесь два момента. Во-первых, хорошая организованность. И второй момент, это то, что Лев Гумилев назвал пассионарностью. Это наличие людей, которые готовы пожертвовать собой ради идеи, цели. Их не так много. Но если они есть в нации в определенный момент, они — двигают.

Пассионарность воспитывается. Для этого нужно заниматься культурой.

Наша задача, как я ее понимаю — самосохраниться. Это нормальная задача для любой империи.

Это были трудные тридцать лет;

Я растил империю, а не сына.

Результат бесспорный моих побед -

Сильный Барраяр и свободный ныне.

Из руин я поднял свою страну,

Сквозь Комарру в мир прорубил я двери…

Только вот одну проиграл войну,

Но и ты не смог победить, поверь мне…

Империи не нужен разумный человек. Империи нужен кто-то достаточно безумный, чтобы мог ее спасти.

Любая империя, где самый последний посудомойщик по сути своей рыцарь, — вот эта империя обречена на триумф. И наоборот: любое место, где каждый рыцарь — быдло, где каждый рыцарь — серв, раб, — вот такая страна обречена на семь кругов ада.

У империи подвижные границы и ненасытный аппетит.

Строительство империи начиналось обычно с беспощадного истребления целых народов, а продолжалось жестоким подавлением всех, кто уцелел в кровавой бане. Стандартный набор строителя империи: войны, порабощения, депортации, геноцид.

Древние римляне поражений не боялись: как и другие великие империи, Рим подчас проигрывал битву за битвой, но в итоге побеждал в войне. Если империя не держит удар, это не империя.

Львом когда-то было наше царство. Лев стоит на рыбе. Это символ того, что всё в жизни шатко. Вчера мы были империей, а сегодня — руины.