Не в том беда, что ты был слишком смел,
А в том беда, что ты лишен надежды.
Не в том беда, что ты был слишком смел,
А в том беда, что ты лишен надежды.
Много ль надо храбрости, чтоб встретить смертный час?
С каждым из соратников умрет он много раз.
Будет каждой смерти он свидетель и вина —
Такова для дерзости достойная цена!
Гончими псами летим через ночь
По следу своих утрат.
Путь безнадежен, но так суждено –
Мы знаем об этом, брат.
Полночь бьёт, сердце ждет поздно,
Лунный кот, в луже пьет звезды.
Hа окне в темноте, pозы, слезы,
Слезы на цветах, а лунный кот...
Надо лечь, надо лечь, поздно
Хватит встреч, грустных встреч, слёзных.
Не сберечь, не сберечь, pозы, слезы,
Слезы на цветах, он не придёт...
— ... Даже если такого понятия, как собственная воля, в природе не существует, мы всё равно должны обращаться друг с другом так, будто она есть, чтобы сохранить общество, в котором живём. Потому что иначе каждый раз, когда кто-нибудь совершит нечто ужасное, ты не сможешь наказать его. Он ничего не мог с собой поделать — его гены, окружающая среда или сам Господь заставили его так поступить. И каждый раз, когда кто-то поступит благородно, ты не сможешь склониться перед ним, потому что и он всего марионетка. А если ты считаешь, что все вокруг марионетки, так чего ж с ними разговаривать? Зачем стремиться куда-то, что-то создавать, раз все твои замыслы, твои создания, мечты или грёзы — всего лишь сценарий, вложенный в тебя твоим кукольником.
— Безнадёжность, — подвёл итог Миро.
— Поэтому мы принимаем самих себя и всех окружающих за созданий, обладающих собственной волей. Мы обращаемся друг с другом, будто нами движет возникшее в уме намерение, а не какой-то неведомый творец. Мы наказываем преступников. Мы награждаем альтруистов. Мы строим планы на будущее и претворяем их в жизнь. Мы обещаем и ожидаем исполнения данного слова. Всё это шито белыми нитками, но, когда каждый уверует в то, что действия ближних — это результат свободного выбора, и будет соответственно относиться к правам и обязанностям, исходным результатом станет цивилизация.
Ты скажи мне, верность, скажи,
Чем ты покоряешь сердца?
Почему с тобой до конца
Был единственный мой брат,
мой любимый брат, все простивший брат.
За плечи – крыла, и – на голову с ног.
Их в небо влечёт неизвестная сила.
Вплетающий солнце в терновый венок,
Какая надежда тебя укусила?
Не выпит печали последний стакан,
Но снова живётся легко и красиво.
О ты, безоглядно поверивший снам,
Какая надежда тебя укусила?
Случалось и прежде
поверить надежде...
Холодно бродить по свету,
Холодней лежать в гробу.
Помни это, помни это,
Не кляни свою судьбу.