Говорят, в Альпах между Веной и Венецией проложили железную дорогу, когда еще не было поезда, который мог бы по ней проехать, но ее все равно построили. Они знали, что такой поезд появится.
В моем незнаньи — так много веры
В расцвет весенних грядущих дней,
Мои надежды, мои химеры,
Тем ярче светят, чем мрак темней.
— Я ангел, я пойму, когда мои крылья вернутся.
— А до тех пор что? Ты такой же смертный, как и я? Разве нет?
— Ну, наверное, ты права. Если бы я умер прямо сейчас, я не уверен, что попал бы в рай.
— В таком случае, для меня точно никакой надежды нет.
— Вот здесь-то и надо верить, Шарлотта. Проявить надежду в безнадежные времена.
— Но вера... Ангел ты или нет, мне кажется ты абсолютно ничего не знаешь, как и я. Может, мы с тобой не такие уж и разные.
Позднее я поняла, что в этом переменчивом мире вера и надежда связаны и неразделимы как канат и якорь. Веру нельзя подвергать сомнению. В ней нужно жить.
— Верь, — сказала она. — Все пройдет. Даже если очень плохо — это когда-нибудь кончится. Ничто на свете не вечно.
Mais c’est a ceux
Qui se levent
Qu’on somme «d’espoir»
Dont on dit qu’ils saignent
Sans un aurevoir, de croire
«Судьба» — «иншалла», как говорят у нас в Клансоюзе. Последнее прибежище для тех, кто лишился веры и надежды. В жизни нет места жребию. Мы сами создаём этот мир. Ничего другого у нас нет.
Верить. Какое странное слово. Ведь если по-настоящему веришь, нет нужды говорить «Я тебе верю». Это как верить в существование воздуха. Выходит, верить можно только сомневаясь? Я вовсе не говорю, что верить, значит обязательно лгать. Вера дарит надежду, когда ты искренне хочешь верить.
Где-то там далеко, где кончается боль,
Вечно молоды вера, надежда, любовь,
Там никто не продаст за серебряный грош,
Там кончается грязь, там кончается ложь...
Cлайд с цитатой