В СССР коррупция была в совершенно других масштабах. Дело в том, что коррупционеры советского разлива просто не могли вывезти из страны большие деньги и накопить по-настоящему большие состояния. Они не могли себе позволить дворцы, яхты. Именно переход к частной собственности, к открытой либеральной экономике, к буржуазным отношениям создал для коррупции такие возможности.
собственность
Cлайд с цитатойСоциализм — не о том, чтобы отобрать и поделить, а о том, чтобы объединить, интегрировать ресурсы и пустить их на пользу всему обществу. Идея разделить и разобрать — это как раз буржуазная идея.
Социализм — это не государственная собственность, но он не может быть без государственной собственности.
В России — капитализм, а не что-то другое, например, феодализм или социализм, поскольку есть и частные банки, и частные корпорации. И даже если эти корпорации в значительной мере являются государственными, какое это государство? Какая это собственность? Это частная собственность, которая поделена на акции, и часть этих акций может принадлежать государству. Но собственность — это определённые отношения между людьми. И эти отношения буржуазные. Топ-менеджеры государственных корпораций ведут себя не как советские чиновники, выполнявшие указания, а как полноправные хозяева.
Я всегда буду с тобой, но не пытайся завладеть мною, ведь собственность и любовь — несовместимы.
Большинство людей считают, что отказаться от своей ориентации на обладание слишком трудно: любая попытка сделать это вызывает у них сильное беспокойство, будто они лишились всего, что давало им ощущение безопасности, будто их, не умеющих плавать, бросили в пучину волн. Им невдомёк, что, отбросив костыль, которым служит для них их собственность, они начнут полагаться на свои собственные силы и ходить на собственных ногах.
Ещё один пример — дело Дреда Скотта, проходившее через суды много лет назад. Было сказано, что Конституция позволяет рабство, потому что… потому, что… ну, существует право на личную собственность. Это личное мнение. Это не то, о чём говорит Конституция. Конституция США говорит — мы все… мы… Ну, вы знаете, ничего подобного там не говорится. Конституция не говорит о равенстве Америки.
Тогда же я никак не мог понять, что такое значило, то, что меня называли собственностью человека. Слова: моя лошадь, относимые ко мне, живой лошади, казались мне так же странны, как слова: моя земля, мой воздух, моя вода.
Но слова эти имели на меня огромное влияние. Я не переставая думал об этом долго после самых разнообразных отношений с людьми понял, наконец, значение, которое приписывается людьми этим странным словам. Значение их такое: люди руководятся в жизни не делами, а словами. Они любят не столько возможность делать или не делать что-нибудь, сколько возможность говорить о разных предметах условленные между ними слова. Таковые слова, считающиеся очень важными между ними, суть слова: мой, моя, мое, которые они говорят про различные вещи, существа и предметы, даже про землю, про людей и про лошадей. Про одну и ту же вещь они условливаются, чтобы только один говорил — мое. И тот, кто про наибольшее число вещей по этой условленной между ними игре говорит мое, тот считается у них счастливейшим. Для чего это так, я не знаю; но это так, Я долго прежде старался объяснить себе это какою-нибудь прямою выгодою, но это оказалось несправедливым.
Собственнический инстинкт выражается по-разному. Это может быть любовь к собственному добру. А может быть и ненависть к чужому.