ночь

Иногда я хочу, чтобы ночи были немного длинней.

Мы снова пьяны,

Остановиться ли нужно?

Пока ночь темна,

Ты скучна, но послушна.

И верить мне хочется,

Что мне это нужно.

Ночь коротка, -

Ты простодушна.

Мы снова в хмелю,

И стоит ли греться,

В телах собеседников

Не насмотреться.

И стоит ли знать,

Как разогреться,

Когда на меня

У тебя нету места?

Но как-то в злосчастную ночь, когда все добрые люди спят, кто-то постучал в дверь к Феломене. она совсем не испугалась, потому что привыкла к ночным приглашениям: дети любят являться на божий свет, когда вокруг тихо.

В эту ночь я буду лампадой

В нежных твоих руках…

Не разбей, не дыши, не падай

На каменных ступенях.

В пещере твоих ладоней —

Маленький огонек —

Я буду пылать иконней…

Не ты ли меня зажег?

Не затем ли луна

так ярко сияет сегодня

там, в просторах небес,

чтоб и листья лунного лавра

занялись багрянцем осенним?..

... Ночью тоска... обостряется, как язва после острой пищи.

Глубокой ночью, когда даже Бог представляется космической шуткой, когда до тебя, кажется, ровным счетом никому нет дела, все мы, пожалуй, нуждаемся в какой-то поддержке, в ком-то, кого можно коснуться.

Ночь — время беглецов! Ночью совершаются побеги из тюрем.

Свечу я погасил,

В открытое окно

Струится ночь и мягко обнимает,

И братом, другом нежно называет.

И с нею мы одной тоской полны,

И снятся нам одни и те же сны.

Мы шепчемся тихонько о былом,

И вспоминаем с грустью отчий дом.

Несет прохладу ночь, дневной смиряя зной,

И нивы освежив и небеса росой,

Отдохновение дарует нам, усталым,

Заботы наши скрыв под черным покрывалом.

Распахивает ночь широкие крыла,

И весь безмолвный мир их тень обволокла,

И льется тишина и ласка струй дремотных

По жилам и костям натруженных животных.

О ночь, нам без тебя не жизнь была бы — ад,

Где жажда и тоска, где горести царят,

Где тысячи смертей, где мукам нет предела,

Где и душа страдать обречена и тело.

Тому, кто осужден за грех на тяжкий труд,

На поиски в горах каких-то ценных руд,

И тем, кто у печей стоит, подобных аду,

Всем горестным сердцам дарует ночь отраду.

Когда приходит ночь, когда весь мир почил

Под сенью влажною огромных черных крыл,

Лишь дети новых Дев бессонны в эту пору,

Они устремлены к небесному простору,

Они ведут людей за облачный покров,

Взмывая на крылах своих летучих строф.