Андрей Андреевич Вознесенский

А завтра вечером, на поезд следуя,

вы в речку выбросите ключи,

и роща правая, и роща левая

вам вашим голосом прокричит:

«Не покидайте своих возлюбленных.

Былых возлюбленных на свете нет...»

Но вы не выслушаете совет.

Заведи мне ладони за плечи,

обойми,

только губы дыхнут об мои,

только море за спинами плещет.

Наши спины, как лунные раковины,

что замкнулись за нами сейчас.

Мы заслушаемся, прислонясь.

Мы — как формула жизни двоякая.

На ветру мировых клоунад

заслоняем своими плечами

возникающее меж нами -

как ладонями пламя хранят.

Если правда, душа в каждой клеточке,

свои форточки отвори.

В моих порах стрижами заплещутся

души пойманные твои!

Все становится тайное явным.

Неужели под свистопад,

разомкнувши объятья, завянем -

как раковины не гудят?

А пока нажимай, заваруха,

на скорлупы упругие спин!

Это нас погружает друг в друга.

Спим.

Я последний поэт России.

Не затем, что вымер поэт -

все поэты остались в силе.

Просто этой России нет.

У нас Рим и Азия смыкаются.

Мы истеричны и странны.

Мы стали экономикадзе

самоубийственной страны.